Бумажный тигр (I. - "Материя")

Что еще он дал?

- Извини, я думала, что джентльмены платят наперед, - Полуночная Сука примерила очередную улыбку, невинную и искреннюю, - Ты задал вопрос. Ты знаешь правила.

- Хорошо, - устало произнес он, - Что ты хочешь?

- Серебряный пенни. Игрушечную лошадку с шелковой гривой. Волшебный фонарь с картинками!

Лэйд едва не задохнулся от злости.

- Клянусь Левиафаном и всеми Девятью его выблядками, если ты будешь со мной играть, я причиню тебе такие муки, что…

- Моя цена – одна ночь.

Лэйд ощутил желание рыкнуть, как всамделишный тигр.

- Черт! Я думал, мы уже закончили с этим!

- Не твоя, старик, - Полуночная Сука удивительно мелодично рассмеялась, - Одна ночь мисс Прайс. Одна ночь, исполненная самых страшных кошмаров, от которых она бессильна будет даже проснуться. О, я буду мучить ее самым изощренным образом всю ночь напролет, а я знаю в этом толк, Лэйд! Она будет умирать тысячи раз, в страшных мучениях. И воскресать, чтоб раз за разом принимать новую пытку, которую я для нее придумаю. Она проживет сто лет боли и ужаса за одну только ночь.

Тупая игла кольнула его куда-то под сердце. Он вдруг вспомнил маленькие гарпуны китобоев, которыми те пронзают свою плоть. Кажется, только что у него у самого в груди засел такой гарпун. Маленький, но очень острый и тяжелый.

- Мне кажется, мои кошмары удовлетворят тебя гораздо больше, - произнес Лэйд, помедлив, - К чему это лицемерие?

- Нет, - зубы демонессы, сомкнувшись, издали опасный металлический щелчок, - Ее ночь.

Лэйд знал, что не вправе показывать слабость. Перед лицом демона это было равносильно самоубийству. Уловив эту слабость, она будет тянуть ее как пряжу, упиваясь его мучениями. Для них всех будет лучше, если он оборвет эту нить сразу.

Одна ночь страшных мучений для Сэнди, за которую он, Лэйд Лайвстоун, будет в ответе. Человек, которого она искренне считает своим другом. Одна ночь, которая может спасти многих других людей от мучительной смерти.

- Я согласен, - ему показалось, что слова, произнесенные его горлом, оборачиваются на языке горьким серым песком, который заставляет его задыхаться, - Теперь отвечай.

Полуночная Сука восторженно захлопала в ладоши.

- Наконец-то! Узнаю старого Тигра! Плевать на всех, лишь бы спасти свою драгоценную полосатую шкуру. Ты ведь решился на этот шаг не потому, что милосерден, правда? Ты просто сам ощущаешь жар, зная, как близко к тебе подобрался тот, чье имя тебе даже не известно.