Университет современного творчества

Решив не гадать зря, тут же отправила Роме сообщение с вопросом и почти мгновенно получила положительный ответ. – Да, Миш, он Певец. Как думаешь, кто именно?

- Наверное, Шепчущий? – не слишком уверенно предположила Миша. – Был бы Сиреной, при третьей встрече точно бы наорал на меня, а не рассмеялся.

- Звучит логично. Тогда ответь, пожалуйста, на самый главный вопрос: почему теперь ты больше ничего не предпринимаешь, кроме как сидеть и грустно вздыхать? Это же ты, Михалина, великая воительница!

- А вдруг я ему не понравлюсь? Или покажусь надоедливой? Или он уже обо мне забыл? – запричитала подруга, и её губы угрожающе задрожали, сигнализируя о готовности своей хозяйки вот-вот разреветься.

- Во-первых, забыть о тебе ну просто невозможно, поверь. Ты столкнулась с ним три раза за несколько дней! Во-вторых, ты уже ему понравилась, ибо его фраза – это завуалированное приглашение познакомиться получше.

- Правда?

- Разумеется! И, в-третьих, если он скажет, что ты ему надоела - что уму непостижимо, - я выпью его кровь.

- А что я ему скажу?

- Ну ты ведь находила, что сказать нескольким десяткам предыдущих парней.

- Но ни у кого из них не было таких глаз! Они такие, такие… - подруга замялась, своим страдающим видом вызывая у меня улыбку.

- Вот и скажи, что у него офигенные глаза. Потом еще для надежности можешь споткнуться и рухнуть на него в четвертый раз, а дальше все пойдет как по маслу.

- А если он все-таки меня отошьет, ты спрячешь меня от этого вселенского позора и потерпишь мои слезы пару-тройку дней?

- Чем бы все ни обернулось, я буду рядом, - заверила я Мишу, сжав её ладони чуть сильнее. – А теперь умойся и постарайся заснуть, не терзаясь всю ночь из-за предстоящей встречи.

- Ты же знаешь, что я не смогу, - пробурчала подруга, с кряхтением поднявшись на ноги. Я все-таки не выдержала и рассмеялась.

- Знаю.

- Ага, спокойной, как же, - буркнула Мишка напоследок и выставила меня из апартаментов.

Семинар прошел не сказать, чтобы хорошо. Прошел – и ладно. Миша весь день летала в облаках, явно задумав что-то грандиозное для четвертой встречи со своей «по-настоящему великой любовью», и отдуваться за её часть доклада пришлось мне. К счастью, уважаемая Елизавета проявила к нам на удивление благосклонное отношение.