Университет современного творчества

– При следующей нашей встрече, которая когда-нибудь обязательно состоится, надень плотную кольчугу, иначе уже ничего не спасет тебя от моей жажды кровавой расправы.

Не желая видеть, какую реакцию вызвали последние слова, я пулей вылетела из столовой, чтобы никто не увидел злых слез, застывших в уголках глаз, подрагивающих рук и раздувающихся в гневе ноздрей. Я направилась прямиком в опустевший парк, теперь умоляя град вернуться, чтобы он остудил мой закипающий мозг. Рома нагнал меня буквально через минуту.

- Что она тебе наговорила?

- Я не понимаю! – возросшее негодование вырвалось наружу через крик. – Как можно кого-то ненавидеть, ничего о нем не зная? Я люблю гулять под дождем по пляжу, пересматривать любимые фильмы по десятому разу на новогодних каникулах, хочу освободить из плена цирков и зоопарков всех животных… Я не какое-то там чудовище, но она видит во мне именно его, и не только она! За что?

- Стеф, дело не в тебе, - как можно мягче проговорил Рома, пряча меня от холодного ветра в надежных объятиях.

– Дело в их ограниченности. В зависти, страхе, или на чем там еще базируется к нам отношение плебеев. Именно поэтому мы просто не замечаем их. Мы-то знаем, что не такие, какими нас представляют эти психи, а тратить нервы на то, чтобы что-то им доказывать… Хоть мы и живем довольно долго, наше время того не стоит.

- Но разве не видно, что я просто такая же девушка, как и они? Студентка. Личность, а не киборг с надписью на лбу «Враг народа».

- Для них ты – элита, самый яркий её представитель, дочь своего отца. А элиту они ненавидят сильнее всего, выделяя её в четвертый социальный статус студентов УСТа.

- Какие же они замороченные! Я не понимаю только одного. Если Творцов с такими взглядами существует, как выяснилось, очень много, почему их не освободят от обязанности поступать учиться? Пусть живут себе среди простых смертных. Могут даже заканчивать жизнь самоубийством лет в восемьдесят, чтобы совсем правдоподобно было.

- Обучить нужно всех. Бесконтрольное проявление магических способностей может навредить нашей тайне, - Рома спокойно расставлял всё по полочкам, не обращая внимания на бурлящее во мне раздражение.

- Голова пухнет, - с несвойственной мне плаксивостью пожаловалась я. Художник нежно обхватил мое лицо ладонями.

- Я знаю отличное средство от этого недуга, - прошептал он, согревая меня поцелуем и поглощая всю тяжесть мечущихся в голове мыслей.