Отдел 15-К

А может, и не гранатой, может, заклятием каким, она ведь много чего умела, хоть и молодая совсем была.

Раздался топоток, и в руки Кольке ткнулся пухлый альбом с застежками. Аникушка смотрел на него строго и махал лапками – мол, листай.

Колька открыл фолиант и увидел старинное фото, на котором стоял молоденький офицер, одетый в дореволюционную офицерскую форму с аксельбантами, строго глядящий перед собой и придерживающий правой рукой шашку с темляком.

– Валерий Мирошников, – прошелестел Тит Титыч. – В пятнадцатом году, стало быть, погиб, в Мазурских болотах сгинул.

Он с армией Самсонова туда отправился.

Колька листал фотоальбом, смотря на своих предшественников. Они были разные, большей частью молодые, в фуражках, кепках, кителях, смешных пиджаках со здоровенными плечами, в беретиках и накидках, но все очень живые.

– Вот Марина, – прошептал Тит Титыч. – Это она в сорок третьем году фотографировалась.

На Кольку с полуулыбкой смотрела симпатичная кудрявая девушка, с круглыми глазами и ямочками на щеках.

Одета она была в солдатскую форму, на высокой груди, которую не скрывали ни гимнастерка, ни фото, у нее висели две медали, обе «За отвагу». Не вызывал сомнений тот факт, что при жизни это была деваха боевая, веселая и на язык острая.

– Потом таких, как она, в отдел не приходило, – печально подытожил призрак. – Вика молодец, но до Марины ей ой как далеко. Да и вообще, отдел только к пятидесятому году более-менее по людям выправился.

– А чего так? – Колька закрыл альбом, который тут же у него отобрал Аникушка и куда-то унес.

– Почему новых не набрали?

– Так это дело непростое. – Тит Титыч укоризненно посмотрел на парня. – Поди подходящего-то человека найди.

– Да ладно. – Колька махнул рукой. – Меня вон сюда по разнарядке отправили и…

Второй валенок врезался ему в лоб.

– За что? – возмутился Колька.

– За дурь, – невозмутимо ответил ему Тит Титыч. – Сюда просто так не попадают. Стало быть, подошел ты отделу. Это не начальство сюда назначает, это он сам выбирает себе тех, кто в нем работать станет.

Колька снова потер лоб, решил потом уточнить этот момент у Пал Палыча или Германа, показал язык домовому, подбиравшему свои валенки, и открыл первое дело, датированное сороковым годом.

Дела оказались интересными, ну насколько интересными могут быть пожелтевшие от времени справки, отчеты и протоколы. Но надо отметить, что сотрудники сороковых годов были ребятами со стальными нервами, коли писали такие отчеты по горячим следам.