Ловушка Силы

– Еле вырулил, ещё чуть байк не разбил из-за этой дуры силиконовой!

– Как-то странно приоритеты расставляешь, – заметил Макс. – Главное ведь, что сам цел.

– Может, всё-таки на общественном? Вон для замкадышей МЦД открыли же, быстро, говорят, удобно. По МКАДУ на мотике стремновато как-то, – подключился я.

– Эм-це-дэ! – передразнил меня Борис. – Вот сам и катайся на нём как селёдка в бочке!

Такие возмущения Бориса поутру были обычным делом, да и наши ответы тоже. Бородач выпускал пар, мы с Максом придумывали подколы.

Салага, правда, сначала не понимал нашего утреннего ритуала и пытался защищать Бориса, но сейчас вроде привык. Вон улыбается даже.

– Я в метро так же катаюсь, главное, руки перед собой держать, чтобы кишки не выдавили, и норм, – ответил я, отхлёбывая кофе.

– Да конечно, машины-то у тебя нет, вот и маешься! – беззлобно махнул рукой Борис и решил сменить тему. – Пойдёмте курнём, что ли?

– Бросил, – напомнил я, и сразу стало тоскливо. Чёрт же меня дёрнул на этот спор с Катькой! И ведь не могу проверить, жрёт она свои тортики или нет.

А меня каждый вечер обнюхивает, даже с ребятами просто так не постоишь.

– Ну-ну, – пробурчал Борис, и они с Максом пошли в курилку.

Воспользовавшись моментом, я подсоединился к колонке и поставил «Пикник». Это, наверное, моя самая любимая группа после Disturbed. Макс с Бородой не понимают, как можно слушать и русское, и зарубежное одновременно. А вот так. Русские наши – стихоплёты, они вкладывают душу в текст, а забугорные банды выражают суть через музыку.

А тексты у них зачастую откровенное дерьмо. Да и на английском уже за душу не берёт.

– Бросил – это хорошо, – робко начал Тёма. – Я вот тоже не курю.

– Угу.

– Андрей, – не отставал Салага. – Тут у меня есть некоторые вопросы по поводу работы наших серверов…

– Давай, спрашивай, – вздохнул я.

Тёма открыл было рот, но тут мой телефон заиграл Queen. Отец, значит. Надо же, день рождения у меня не скоро, Новый год и 23 февраля тоже. С чего бы ему звонить? Случилось чего?

Я шикнул на новичка и принял вызов.

– Андрей, здравствуй, – в голосе отца чувствовалось напряжение. – Ты где?

– На работе, где ж ещё. А что?

– Мама умерла, – ответил отец, и в трубке воцарилась тишина.

Вообще-то моя мать умерла, когда мне было десять. А потом отец женился на какой-то вульгарной сучке и всю дорогу пытался заставить меня называть её мамой. Так и не понял, что никакая она мне не мать. Да эта стерва даже не старалась быть ей.