Найденыш 5. Чужемирец

Ему нужна всего лишь небольшая зацепка, позволяющая стать если и не своим, то хотя бы лояльным человеком.

После пробежки он переоделся в свой цивильный костюм, вызвал такси и поехал на кладбище, где лежали его родственники. Сказав водителю, чтобы он дождался его, подкрепив свою просьбу лишним рублем, Никита вошел через арочные металлические ворота на территорию кладбища. Огляделся по сторонам и увидел неторопливо шаркающего метлой по асфальтовой дорожке старика в черном длинном халате и в лихо заломленном берете.

- Здравствуйте, уважаемый! – подошел к нему Никита. – Не подскажите ли, где находится семейный склеп Назаровых?

Старик остановился и оперся на черенок метлы, внимательно оглядев Никиту с ног до головы.

- Отчего же не знаю? Почитай, сорок лет с покойниками разговариваю, - старик усмехнулся. – Вот сейчас прямо по этой дорожке идите до перекрестка, сударь. Там разделение на сектора начинаются. Продолжаете идти прямо. Семейный склеп Назаровых находится на Старой Поляне. Так называется дальний угол кладбища, где хоронят только знатных и родовитых бояр.

А сами, если не секрет, кто вы?

- Родственник, - ответил Никита, - издалека приехал.

- Родственник? – протянул старик. – Из Александровых, видать? Так они давненько здесь не были. Дорогу в Вологду запамятовали, кхе… А мы за территорией ухаживаем. Родных-то не осталось…

Какие осведомленные нынче кладбищенские работники пошли! Знают даже младшую линию родственников, однако!

- Нет, не Александров. Долго объяснять.

Спасибо, добрый человек. Пойду я. Вот вам за труды.

Никита протянул старику трехрублевую купюру. Служитель, не кочевряжась, положил деньги в карман халата и снова зашаркал метлой, перестав обращать внимание на посетителя. А Никита дошел до указанного перекрестка, и не останавливаясь продолжил движение.

Старая Поляна представлял собой уютный и приличный кусок лесного массива, в котором стояло несколько белокаменных усыпальниц. На фронтоне каждой из них виднелся выбитый семейный герб.

С бьющимся сердцем Никита увидел знакомую свастику с рубином. Причем, выбитый рубин когда-то был выкрашен красной эмалью. До сих пор видны ее следы на обветшалом камне.

Подойдя к усыпальнице, Никита увидел, что массивная дверь заперта на висячий замок. Тронутый ржавчиной, он не являлся преградой для волхва. Приложив ладонь к холодному металлу, Никита закрыл глаза и запустил в механизм скрипты взлома. Натужно щелкнуло, и дужка нехотя расцепилась с корпусом.