Книга первая. Медиум

И свела меня тогда судьба с неким человеком, приближенным к одному из главарей уже тогда весьма крупной группировки, некому Игнату Штырёву, прозванному в более узких кругах Штыём.

– Так ты приближенного это Штыря встретил вместе с беспредельщиком на Гелике? – Озвучил я свою очевидную догадку.

– Ты удивительно проницателен, Сергей! И на основании этого я делаю вывод, что ты помял четверых ребят Штырёва. Я тут навел некоторые справки, и узнал, что он вполне себе еще живет и здравствует. Более того, даже пробился в Золотую Десятку.

– Куда пробился? – Не понял я. – Это что, типа хит-парад?

– Ты никогда не слышал о Золотой Десятке? – Саныч так натурально удивился, что даже на некоторое время с него слетела извечная маска балагура.

– Что-то не припомню… – я старательно напрягал мозг, но действительно не мог ничего подобного откопать в глубинах своей памяти.

– Это, Сергей, десятка самых влиятельных и авторитетных воров в законе в нашей златоглавой, которая заправляет, навскидку, восьмьюдесятью процентами столичного криминала всевозможного толка.

– Ни х... чего себе! – От заявленных объемов мне как-то сразу поплохело. – И вся эта чертова десятка на одного бедного меня ополчилась теперь?

– Ну, не вся, а только один из нее. Все-таки, в их среде принято самому решать свои проблемы, не привлекая посторонних помощников. Ущерб имиджу, так сказать.

– Понятно… а скажи, Саныч, как давно у нас воры в законе стали решать вопросы посредством судов, а не братвы и паяльников?

– Хо, Серёжа, давно уже! Ты уж лихой двадцатый век не вспоминай.

– Что? – Эхом повторил я за Петренко.

– Что любого можно наказать исключительно легальными методами! Нужно только лишь немного раскошелиться.

– Странное у тебя представление о правовом государстве, Саныч…

– Уж какое есть, – хохотнул мой собеседник, – а главное оно отлично отражает истину современных реалий.

– Слушай, – озвучил я свою робкую надежду, – так может эта «фигура», что ты встретил, уже и не работает на того главаря? Может, на частную практику, так сказать, перешла?

– Э, нет. – Обломал меня Петренко. – Сразу видно, мало ты дел имел с этой братией, не знаешь их порядков. В их среде очень трудно отойти от дел, это тебе не трудовой договор в Макдональдсе расторгнуть. Они либо трудятся «до талого», что называется, либо их убирают. Исключения редки, но они есть.