Книга первая. Медиум

И несмотря на то что я нередко ронял даже трехкратного чемпиона Чехоева, да и других не менее титулованных соперников в «Воине», все равно оставался обычным любителем.

– Так вот, – продолжал Саныч, – уважаемый суд, как вы могли увидеть, сторона обвинения намеренно обошла стороной это событие, вероятно потому, что его упоминание им совсем невыгодно. Вы спросите «почему?» Да очень просто, ведь в этом эпизоде и заключается единственный мотив действий Борис Дерзюка, который только по недоразумению считается пострадавшим.

Будьте добры, следующий файл.

Наконец, запустили видео с моего регистратора из автомобиля. Да-да, у моей Ласточки видеорегистратор встроен в зеркало заднего вида, так что потасовка попала на запись с самого своего начала. И на кадрах было прекрасно видно, как Гелендваген перекрывает мне выезд, как из него выскакивают четверо ребят, один из которых помахивает молотком, как у пострадавшего Бори на секунду мелькает кобура на поясе под курткой. Потом нападающие скрываются из поля зрения объектива, около секунды ничего не происходит, а затем в кадр попадает один из их четверки, Артём Мурактаев, если я правильно запомнил.

Он опирался на капот моей белоснежной красавицы, держась за свою пострадавшую от выстрела фанеру.

Видео мы специально загрузили без звука, чтобы не смущать никого из присутствующих хлопками выстрелов, которые звучали с минимальным интервалом, будто я просто четыре раза быстро нажал спусковой крючок. В основном для того, чтоб ко мне вопросов лишних не было. Все-таки, не каждый обыватель способен выстрелить по четырем разным мишеням за две целые и одну десятую секунды (лично измерил, когда скидывал видео на почту Санычу), и попасть куда надо.

А то еще и вправду начнут на меня вешать бесприцельную стрельбу, которая могла создавать угрозу жизни нападавшим. Так что пусть только пострадавшие об этом смутно догадываются, ломая голову, а не показалось ли им такая скорость в адреналиновой горячке.

Когда видеоряд закончился, собравшиеся в зале взорвались такими криками, что мне на секунду показалось, будто толпа сейчас просто-напросто набросится на разоблаченных лжецов.

Даже судья не спешила пресекать шум в зале, и выглядела теперь весьма призадумавшейся. Потом она все-таки спохватилась и не слишком охотно стукнула несколько раз по деревянной подставке призывая к тишине. Затем Саныч снова взял слово.

– Уважаемый суд, как вы можете видеть, ситуация была диаметрально противоположная, от представленной стороной обвинения.