Будь моим Пассажиром

- Знаю, - Птаха невесело усмехнулся. – Но и ты знаешь.

- Удавлю обоих. И тебя, и Кира. Только попробуй мне.

Весь сон у Вадика мгновенно пропал. Но он не открывал глаз, понимая, что этот разговор происходит только потому, что они думают – он не слышит. Но это как понимать вообще? Точнее, он прекрасно знал, как это понимать, но не хотел об этом думать. А он как же, в конце концов?

- А мелкий твой как же? – эхом его мыслей спросила Анна. – Уж если он на тебя свалился – так было надо.

- Знаю, - повторил Птаха.

– Все знаю. И, конечно, я его выращу и выведу на дорогу. И ты права, я действительно ожил, когда его взял Пассажиром. Видишь, опять по трассе мотаюсь, все как раньше. Мне и самому часто кажется, что все как раньше. Но, видишь, накрывает иногда.

Сквозь полуприкрытые веки Вадик видел, как Анна подсела ближе к Птахе, низко уронившему голову, и взяла его за руку.

- Я все понимаю, Леш, - мягко сказала она. – Когда Серега тогда не вернулся, у меня одно желание было – лечь и помереть.

Или просто напрямик с обрыва, я же на Кавказе как раз была. Но знаешь… я родилась в дороге и умереть могу только в дороге. Самой – нельзя. Вот такое у меня убеждение. Ни во что не верю, сам знаешь, а в дорогу вот верю. И ведь сбылось. Дорога меня забрала.

Вадик с трудом сдержался, чтобы не замотать головой и не воскликнуть «ничего не понимаю!». Анна говорила как-то так… словно ее уже нет в живых. Но вот же она! Он как будто до сих пор чувствовал ее теплую жесткую руку на своей макушке.

Хотя она же Внешняя… наверное, и она в свое время исчезла для прежних знакомых?

- Ты как-то говорил, что я Внешняя до Внешних, - продолжала Анна. – Я не знаю, как оно у вас всех получается, а я однажды просто поняла, что вот она – моя дорога, и она приведет меня куда надо. И привела – к Сереге, к вам вот всем. И тебя приведет. Обязательно. Но только в свое время. А пока, - она чуть повысила голос, - живи себе, балбес! У тебя, вон, брательник мелкий, и ты ему – свет в окошке! Сам говоришь – ожил.

Вот и нечего тут! В конце концов, на твою долю еще гопников непуганых много осталось.

- И то правда, - хмыкнул Птаха. Анна отвесила ему несильный подзатыльник:

- То-то же! А пока забирай своего мелкого и валите спать, втроем мы тут, боюсь, не разместимся. Нам с тобой обоим завтра за руль, выспаться надо.

Вадик сделал вид, что до сих пор спал и только что проснулся. Птаха подозрительно взглянул на него, но спрашивать ни о чем не стал.