Будь моим Пассажиром

Птаха тоже молчал, любуясь огромным озером – нет, назвать его морем было бы точнее, пусть другой берег и виден. «И юные боги, склонившись перед ним, назвали его Старшим…» - пришли на ум слова из сказки Тундры. Вадик впервые видел что-то настолько огромное и древнее. Он не мог бы объяснить, но он чувствовал, насколько Байкал неимоверно стар. Все тысячелетия его существования были здесь. А отель и дома на берегу – это так, ненадолго прилепилось.

- Завтра отправимся в плавание, - ворвался в его мысли голос Тундры.

– Я договорилась, нас будут ждать. А пока давайте размещаться! Когда вы последний раз под крышей ночевали?

- Не помню, - честно сказал Вадик. Кажется, это был мотель под Нижним… или потом было еще что-то? Он даже не мог вспомнить, какого числа они уехали из дома. Тундра рассмеялась над его замешательством, но от нее это было совершенно не обидно.

Подмосковный дом Тундры Вадик не видел – даже когда там гостил Форестер, они встречались в гаражах или поблизости.

А байкальский был похож на жилище шамана, даже несмотря на кирпичные стены и современную технику, потому что все было увешано разноцветными ковриками, «ловцами снов», костяными и деревянными украшениями, мозаичными фонариками, меховыми хвостами и невесть чем еще. А пахло в доме травами и ягодами.

- Ванная там, - объясняла Тундра, - гостевая спальня за ней. Вам явно надо ополоснуться с дороги, а я пока чаю сделаю. Да, стиральная машина в ванной, кидайте все туда.

Располагайтесь!

Первое, что Вадик услышал, когда вылез из ванной, вытирая мокрые волосы – по ощущениям, они за одну эту поездку отросли раза в полтора, одного полотенца оказалось недостаточно! – уже знакомые звуки варгана. Это было даже к лучшему, потому что среди многоцветной обстановки он пока ориентировался с трудом. Тундра сидела прямо на полу, где вместо ковра лежала пушистая шкура неизвестного зверя, и уже успела сменить дорожные джинсы на платье, а может, просто длинную тунику с бисерной вышивкой.

Перед ней стоял низенький столик, немногим больше того, что был у Форестера, а на нем – прозрачный чайник, в котором плавала пара цветков клевера, какие-то листья и кусочки чего-то похожего на губку.

- Волшебные грибочки, - подмигнула Тундра, откладывая варган. – Не пугайся, это чага. На березах такой противный серый гриб растет. Но чай из него вкусный.

Вадик только моргнул.