Будь моим Пассажиром

Вадик опасался, что опять все прослушает, и действительно как будто бы начал задремывать, но даже в полусне отчетливо слышал голос Тундры, рассказывавший о волшебной собачьей упряжке, которая унесла свою маленькую хозяйку от злых людей на небо. Он вспомнил, что пикап Тундры синий, как ночное небо, и ему вдруг подумалось, что там очень здорово смотрелась бы аэрография с такими собачками. И он даже, наверное, мог бы ее сделать.

- Ты чему так улыбаешься? – надо же, Тундра выглядела полностью ушедшей в себя.

- Да так… Вдруг подумал, что эти собачки из твоей сказки у тебя на борту круто смотрелись бы. Меня же Прокси аэрографии учит. Так что если захочешь…

- …ты можешь на мне потренироваться? – улыбнулась Тундра.

- Ну вроде того, - смутился Вадик. – Я уже помогал машину Форестера расписывать, там мой эскиз, но вообще в основном Прокси рисовал. А тут я прямо увидел – такая равнина и шесть лаек бегут, то есть последние еще бегут, а первые уже в небе, и луна.

Должно быть красиво.

- Почту за честь, - серьезно сказала Тундра и протянула руку, как бы скрепляя договор.

16

Время словно остановилось. Даты на телефоне, конечно, менялись, как им и полагается, но Вадик ими не интересовался. Какая разница, если день за днем он просыпался среди ярких покрывал (он начал задумываться, не завести ли что-нибудь такое в своей комнате), пил очередной необыкновенный чай, куда Тундра, кажется, оборвала половину ближайшей лужайки, а днем его ждала удивительная голубая вода Байкала? И да, он в нее окунулся, хоть она и была ледяной, несмотря на жаркий день.

И даже немного проплыл, а потом долго грелся на берегу, а Птаха смеялся: «Как видишь, не мутировал и не сожран подводными чудищами». Тундра рассказала, что воду из всего Байкала можно пить просто так, зачерпнув горстью, и немедленно это продемонстрировала.

- С нашей речкой повторять номер не советую, - предупредил Птаха. – Треплют, конечно, много, но вода там дрянная, это факт. Лезть туда я бы тоже не стал. Но ничего. Ты теперь опытный путешественник, - Вадик задрал нос, - мы с тобой еще до моря доберемся.

На море Вадик был очень давно, еще с родителями, и ему не понравилось.