Подселение

По дороге встретил пару местных жителей, попытался расспросить – но те ничего не видели, да и с подозрением как-то относились к приезжему, не все признавали внука Настасьи Михайловны. Оставалась одна надежда – участковый был другом детства, с которым Сергей проводил каждое лето, когда его отправляли в деревню к бабушке. Да и вообще был надежным человеком, уж он то должен был помочь.

- Бабуль, Света с Лизой пропали куда-то, не могу найти, сейчас Николаеву буду звонить, помнишь его? Как думаешь, куда пойти-то они могли? Возле магазина нет, никто не видел.

Тут и идти то больше некуда, что-то я переживаю. – Сергей лихорадочно обшаривал сумки в поисках телефона. – Да куда ж я дел этот телефон?

- Сынок, сядь на минуту, поговорить нужно. Не зря я тебе про цыган говорила, где они появились – добра не жди, чует мое сердце, там они. Дала бы тебе ружье дедово, да только нет его давно, сдали в девяностые. Думаю, невовремя я со своими разговорами, но чувствую, нельзя откладывать. Увидишь что странное, необычное, услышишь ли, мысли ли какие-то не твои появятся – не отмахивайся, запоминай, может поможет как-то.

Увидишь что-то красивое очень – не тянись, не то, чем прикинулось. Осторожнее сынок, возвращайся скорее, передам тебе то, за чем звала, кто ж знал, что так оно выйдет. Когда вы с этими грибами приехали, я прям порадовалась – вот оно как хорошо идет, раз Хозяин вам сам гостинца дал, значит все так, как он того хотел, дело только за мной, а я-то уж свое дело знаю. Но нет времени теперь, езжай, Сереж, да возвращайся быстрее.

-Что ты несешь, не до того сейчас! - он только отмахнулся от бабушки. Наконец-то нашел телефон, набрал Лехе Николаеву, коротко обрисовал ситуацию. Участковый вызвался помочь, согласился, что надо первым делом наведаться к цыганам, но мог приехать не сразу, так как находился в соседней деревне в двадцати километрах. Настоятельно попросил его дождаться и ничего не предпринимать, после чего отключился.

«Ждать его тут? Или самому поехать разведать обстановку? Арбуз как лопается, помнишь? Как в детстве, когда папа был еще жив, вы с ним вечером шли домой, а ты арбуз попросил понести, мол очень он большой и красивый? И как ты уронил его? Тебе было так обидно, а папа смеялся, пытался утешить.

И звук этот помнишь? Он выскальзывает – кр-х-х- и показалась красная мякоть, и мгновение спустя все на дороге, в пыли, и этот запах? Помнишь?...Бррред, опять какой-то бред, еще и голова раскалывается так, что будто скоро лопнет.