Подселение

Вступили голоса остальных, кто присутствовал, и нестройный женский хор затянул, сначала негромко, потом все громче и громче:

Маме теперь можно,

Мама хоче кушать.

Приведу дитенка,

Приведу подружку.

Новая подружка,

Молода да спела.

У ее дитенка,

Ох, сладкое тело.

Будем, бабы, кушать

Юность возвратится.

У еёйна мужа

Пусть удар случится.

«Это пиздец какой-то, что там происходит?»-только и успел подумать Сергей, как хор замолчал и в возникшей тишине он услышал всхлипывания и знакомый голос, который повторял, «Мамочка, ты видишь, не больно же, потерпи милая, потерпи моя хорошая…» и он узнал этот голос, это была Лиза.

 

Сергей уже бросился бежать вокруг дома, как в голове вспыхнула и тут же погасла мысль «В поликлинике мелкая боялась прививки, а Света успокаивала и пыталась утешить теми же словами: потерпи милая, потерпи, моя хорошая, не больно же совсем». Подбежав к двери, толкнул – заперто изнутри. Не с первой попытки, но дверь все-таки поддалась и ее удалось выбить, после чего он ворвался внутрь.

 

Первым, кто ему встретился, был немолодой цыган, который сидел возле входа в наушниках и смотрел что-то на телефоне. Он только успел удивленно поднять глаза перед тем, как Сергей обрушил на его голову колун. Лезвие прошло всколзь, отрубив лишь ухо, но от самого удара тот потерял сознание. Дверь в комнату, в которой были остальные, была приоткрыта, Сергей ударил ее ногой, заставив распахнуться. Первое, что бросилось в глаза – стол, на столе – кровавое тело, рассматривать и думать времени не было, хотя он сразу все понял.

Две цыганки, видимо услышав, как он вломился в дом, уже были готовы к его появлению, так что сразу бросились на встречу с проклятиями. Молодая, что была ближе всех, попала под удар первой. Сергей не успел толком замахнуться, так что удар пришелся в шею, не рассекая даже кожи, но этого было достаточно, чтобы на какое-то время вывести ее из строя. Что касается второй цыганки, то тут время для замаха было. Кр-х-х- колун вошел глубоко, брызнув чем-то красным, Сергей попытался выдернуть, но тот застрял в голове, женщина рухнула, чуть не повалив за собой Сергея, благо он вовремя успел отпустить колун. Самое сложное было еще впереди. Он уже знал, что увидит, знал, но не мог заставить себя повернуться к столу. Кажущейся бесконечной минуту он стоял в пол-оборота к столу, слушал хрипы первой, раненой цыганки, которая скрючилась в углу, схватившись за горло.

«Так, так, так, надо посмотреть. Повернуться, всего-то глянуть – и все.