София слышит зеркала

Татцельвурм попытался ухватить меня за ногу, однако после выразительного взгляда хозяина, гордо отвернулся и уполз в тёмный уголок. Вернусь домой — надо себе такого будет завести. А что… почти котик. И если вор вздумает залезть, то больше уже никогда не кражу не решится. Не в каждом доме тебя встретит смесь змеи и котёночка.

На улице было холодно и влажно. Мне вспомнилась наша херсонская осень, которая в ветреную погоду не особо-то отличалась от гамбургской.

На нас обращали внимание.

Женщины смотрели на Стефана с интересом, а на меня — с озадаченностью. Иногда немного с завистью, иногда — с восхищением. Реакций я не понимала, поэтому решила, что своим внешним видом займусь позже: потерроризирую Славку, может, чего умного и подскажет.

Шли молча. Было странное ощущение, что Стефан думает о чём-то безумно важном и находится слишком далеко отсюда. Впрочем, не сказать, что я слишком страдала. Пусть я не была такой букой, как он, но в экстраверты меня записать было достаточно сложно.

Тем не менее, это не мешало мне смотреть по сторонам и наслаждаться видом улиц. Надо будет всё же выйти со Славкой. Другую компанию я вряд ли оценю, а со Славкой можно и пошушукаться, и восторженно пошептаться.

В целом город произвел на меня очень приятное впечатление. В душе появились странные спокойствие и умиротворение, будто Гамбург сам похлопывал меня по плечу невидимой рукой, а второй показывал, как прекрасны его улицы, дома и каналы.

Прекрасны. Не спорю.

Стефан словно очнулся от собственных мыслей, осторожно взял меня под локоть и указал на тёмно-серое здание через дорогу.

— Нам туда, — невозмутимо сказал он.

— Хорошо, — покладисто согласилась я. — Слушай, а Леманн сам сказал Крампе, что хочет нас видеть?

Стефан кивнул:

— Сам. Врачи там пока не могут взять в толк, как он так резко очнулся, да и ещё и весьма приличном состоянии. Вопреки всем биологическим законам.

Я хмыкнула. Ну как раз это меня и не удивляет. Зеркалье творит что хочет. Порой физические процессы, происходящие в телах тех, чья душа заплутала по ту сторону зеркала, шли настолько странно и необъяснимо, что учёные хватались за головы. Сами же зеркальщики тоже не могли дать толкового ответа, потому Зеркалье изучали веками, но пока что в этом не особо преуспели.

Мы перешли дорогу.

— А как там Крампе оказался? — всё же задала я вопрос.