София слышит зеркала

Всего одно прикосновение — и какой эффект. Так можно забыть про сон и отдых, находя подпитку только в этих прикосновениях.

— Я не могу рассчитать, — донесся задумчивый голос. — Только трачу время. Чудом спрятался, едва не показался на глаза твоей милой гостье.

— Да уж, — буркнул Стефан, принимая прежнюю позу. — Милая — не то слово.

— Ты к ней несправедлив, — мягко укорил его собеседник, чуть склоняя голову набок.

Вот так всегда. Вроде и не смотришь прямо на него, а не видеть не можешь. Кажется, всё помещение заливает золотистый свет, тягучий и сладкий, как прозрачный мёд.

Он стоит совсем рядом, сложив руки на груди. Длинные волосы, гладкая рыжая медь, спускаются почти до локтей, закрывают часть лица. Кожа — белая-белая, будто впитала весь свет дня. Высокий лоб, длинные золотисто-каштановые ресницы слегка подрагивают, так как глаза прикрыты, чтобы не выпустить горящий, словно кусочек солнца, неистовый взгляд. Черты лица тонкие и правильные, больше похожи на девичьи, чем на юношеские. Изящные кисти сейчас почти не видны, но Стефан знает, что каждый палец охристо-золотой, а по ладонями и тыльным сторонам рук тянутся витиеватые узоры, повторяющие рисунок вен.

Это здесь он может не прятаться — достаточно длинного одеяния из плотной ткани, чтобы слепящее сияние не показывалось тем, кому не надо.

Стефан некоторое время любовался им. Прекрасное существо. Каждый раз что-то новое. С физическим телом только вот проблемы. На прошлой неделе Райн был девушкой. И это смотрелось куда органичнее. Сейчас — парень.

Сама-то Тень, по сути, бесполая. А вот обличия, которые она принимает в мире людей… разные, но всегда нечто такое, что оборачиваются все, кто проходит мимо.

— Я вообще деспот и тиран, — наконец-то, вздохнув, сообщил он. — Скажи на милость, чего тебе не сиделось на месте? Как бы я ни относился к Софии, она далеко не дура. И соображает достаточно быстро.

Райн присел на край стола, плавно, как в замедленной съёмке, опустил руку и двумя пальцами подхватил свиток с приглашением на Бал Горгулий.

Выдохнул облачко золотистого пара, словно оказался на морозе. Свиток засверкал, будто его осыпали порошком из драгоценных хризолитов и цитринов.

— Виноват, не сдержал эмоции. Боюсь, она услышала мой голос и неверно всё растолковала. Я подбирал тембр.

— Почему твой повелитель такой нетерпеливый? — поинтересовался Стефан больше для того, чтобы нарушить неуютную тишину, нежели получить ответ.

Любоваться Райном — задача не из лёгких. Сладкая, приятная и… очень горячая.