Хроники гномки, или путь целительницы

Медведь уставился на неё, подслеповато щуря глаза, ткнулся мягким носом в руку, шумно обнюхал, потом снова свернулся, так что его косматая голова оказалась почти рядом с ней, и засопел. 

Чувство страха у Лики прошло, и теперь он казался ей всего лишь большой плюшевой игрушкой.

Она достала из корзинки пару яиц и кусок пирога, съела их, запивая молоком.

Потом достала Гномбургскую Энциклопедию и открыла на заложенном месте.

Мерный стук колес и сопение медведя убаюкивали её, и, постепенно, Лика задремала.

 

Проснулась она от мощного толчка и лязга состава. 

- Остановка Буреград! – объявил гнусавый голос репродуктора.

- Уважаемые  буреградцы и гости столицы! Приветствуем вас в нашем городе….

Гномка потянулась и села. Оказывается, она спала на медвежьей лапе, пригревшись под теплым боком.

Дворф упаковывал сумки. 

- Выспалась? – подмигнул он ей. – Смотри, назад не уедь!

Лика подобрала соскользнувшую на пол книгу, попрощалась с дворфом, погладила на прощание медведя (он так и не проснулся), и выскочила из вагона.

Выйдя на улицу, первое время она не могла привыкнуть к яркому солнечному свету, буквально ослепившему её после длительной поездки в подземном поезде.

Прямо перед ней открывалась площадь с торговыми палатками, мастерскими и складами, заполненная рабочим и ремесленным людом. Тут были и ее соотечественники гномы – важные, в промасленных фартуках и картузах, степенные дворфы (некоторые даже выглядели трезвыми!), воины в блестящих доспехах, монахи в длиннополых туниках, торговки пирожками и стайки детворы вокруг них…

А за площадью, в облаках пара, клубах дыма и остатках утреннего тумана высились те самые знаменитые каменные стены! Она была в Буреграде!

***

Конечно же, она сразу заблудилась.

Ремесленный квартал, в котором она оказалась, был где-то в стороне от центра, и, вместо того, чтобы выйти к кафедральному собору, она забрела в Старый Город, где дворфов и гномов уже почти не встречалось - по улицам сновали, в основном, люди, да и тех было немного.

Свернув в очередной переулок, она обнаружила длинную стену из кирпича, исписанную всевозможными надписями на разных языках. 

У стены на траве сидел представитель расы, которую Лика хорошо знала благодаря Гномбургской Энциклопедии, но никогда не встречала воочию.