Город, у которого останавливается время отдохнуть

Одежда, цвет волос, остатки фигуры, рост, кожа… Часы эти опять же…

Но ведь этот должен сейчас в "бомжатнике" сидеть, именуемом также "обезьянником". Разве не об этом говорили Олег и Денисом? Хотя… Может быть, мне только показалось, что я понял, о чём они говорят? Ничего я уже не понимаю. А о ком же они ещё могли говорить, как ни о нём? Ладно, вернусь в отдел – проверю.

- Где ваш сторож и ведьма? То есть, бабка. Свидетели где?

- Да сторожа мы уже опросили – он не видел ничего, спал…

- Ну, на то он и сторож.

- А? Ну да.

Он только нашёл вот это. А бабку какую-то он видел поблизости. Тоже, кстати, ведьмой её назвал.

- Где она?

- А кто её знает?

Приехала медэксперт, посмотрела, покачала головой, сказал собрать "это" и везти к ней.

- На этот раз он от вас не убежит? – спрашиваю.

- А сам как думаешь? Ты б на его месте смог?

- Не знаю. Я ведь не на его месте. Надо будет как-нибудь попробовать.

Тело увезли.

- Ну что? – спросил гибэдэдэшник. – В отдел?

- Венеру отвези. Я пешком дойду. И знаешь что…

- Что?

Я ещё раз окинул взглядом место, вспомнил, как мне это напоминает прошлый случай – и посоветовал заехать к Серому – "проверить на причастность".

Не скажу, что моё предложение было встречено бурей восторгов – доблестный страж порядка на дорогах явно собирался отдохнуть, но всё же согласился.

Когда они отъехали, я подошёл к стеле и присел на корточки.

- Что, внучек, умаялся?

Я нисколько не удивился, увидев ведьму из своих кошмарных воспоминаний.

- Что, - спрашиваю, - убили человека?

- Убили, - согласилась ведьма.

- И как же его теперь любить?

- А как не любить? Человек же всё-таки, - говорит.

- Кто ты вообще такая, бабка? – спрашиваю.

- А ты не груби, внучек, - отвечает. – Ты ко мне должен на "Вы" обращаться. А так – ведьма я.

- Ведьма ты… Вы… Видели вы что-нибудь?

- Много чего повидала на своём веку.

- А какой же вам годок-то будет, бабушка?

- Женщину о возрасте не спрашивают, внучек, не вежливо это. Ей столько лет, сынок, женщине-то, на сколько она выглядит.

- Внучек, сынок… Ещё немного и братцем назовёшь?

А сам гляжу на неё и чувствую, что волосы шевелятся. У меня, конечно. На сколько выглядит… Она и впрямь могла бы меня сейчас братцем назвать. Старшим…

- Удивлён? – спрашивает. – Мы ведьмы все такие.

- Удивлён, - говорю. – Все вы ведьмы.

Она засмеялась. Красивая такая девка, молодая, свежая – кровь с молоком. Только глаза у неё… Как бы это сказать? Крючконосые у неё глаза. Ведьма, одним словом.