Город, у которого останавливается время отдохнуть

В посадке рядом с кладбищем кучковались молодые совсем – по двенадцать-шестнадцать лет – пацаны в чёрных кожанках с блестящими кнопками и "молниями", в чёрных же штанах и майках. С маек скалились черепа и прочие составные человеческого скелета. На головах у ребятишек были повязаны на пиратский манер косынки, в руках – пиво, в сумке – водка.

- Чё те надо, мужик? – спросил один, с серебряной серьгой в левом ухе, с перевернутым распятием на груди, с двумя банками пива в желудке, весь в коже и "молниях". – Вали отсюда!

Глядя на перевернутое распятие на груди у милого молодого человека, чудотворец вспомнил улыбчивых иеговисток, вспомнив, кстати, что они именно иеговистки.

Интересно, а эти парни могут так улыбаться?

Как бы в ответ на его мысли, парень улыбнулся. Правда, не так. Так улыбаются не когда хорошо, а когда собираются сделать плохо.

- Не надо, - сказал чудотворец, и парень недоуменно остановился, даже улыбаться перестал от неожиданности. Остальные, с интересом смотревшие на них, и явно собиравшиеся принять участие, тоже притихли.

– Пусть всё будет хорошо, - сказал чудотворец. И ушёл.

И всё было хорошо, потому что никто не сделал ничего плохого. Стоит ли говорить, что это было похоже на чудо?

- Да пошёл он… - процедил вслед парень в ответ на недоумённую реплику одного из товарищей. Или как они друг друга называют – кореша? Мужики? Хотя, нет – то, как этот парень произнёс это слово – "мужик", обращаясь к чудотворцу, говорило само за себя. Так к друзьям не обращаются.

- Значит, я враг? – удивился сам про себя чудотворец и хотел уже вернуться, но передумал, потому что понял – тогда будет плохо. Не надо. Не стоит. Пусть всё будет хорошо.

На выходе с кладбища, среди рядов гаражей он повстречал старуху, показавшуюся ему странно знакомой.

- А-то! – радостно оскаблилась старая, показывая сильно прореженные дёсны. Как бы компенсируя недостаток одних зубов, другие – те, что остались – были гораздо больше обычных. Жуткое зрелище, в общем. – Ведьма ж я! Не узнал?

Что-то больно толкнуло чудотворца, да так, что он с трудом удержался на ногах.

Недоумённо оглянувшись, ничего, что могло бы его толкнуть, он не увидел. Но ощущение было знакомое до боли. И слышался визг тормозов, и перед глазами, чёткая в надвигающемся свете, висела надпись с названием города…

- Убили человека, совсем убили, - внезапно запричитала старая и бросилась бежать в сторону кладбища. Чудотворец продолжал смотреть ей вслед, и она обернулась.