Город, у которого останавливается время отдохнуть

Так что, как поётся в одной песне, все мы с вами "скованные одой цепью, связанные одной целью". Плохо, что жизнь сама по себе не имеет цели – она лишь цепь. Не порвёшь, не сбежишь. Потому что, если жизнь – это цепь, то смерть – это порванная цепь, тот кусок несчастливых случайностей, которые вас уже не дождутся. Может, случатся с кем-то ещё, но уже не с вами – на конце порванной цепи нет случайностей, тут всё закономерно – падаешь вниз в соответствии с законами физики и потихоньку разлагаешься в соответствии с законами химии.

Цепь – она ведь держит. А когда держать нечему, то нечего и держать… Это была лирика.

- Тебе делать нечего – к Белому ехать? – спросил Игорь. Игорь опер, с ним я хотел съездить к Белому на предмет отыскания своего восставшего из мёртвых.

- А чего б не съездить? Опять же познакомлюсь. А-то тут все пеной брызжут: Белый, Белый! А я и не видел-то его не разу. Поехали. Или мне к начальнику сходить?

- Да иди ты!.. Бензина у нас нет!

- За бензином и пойдём. Ну?

- Антилопа гну! Ладно, выходи через минут десять – съездим.

Эх, прокачу!

- А бензин?

- Найдём. Работа у нас, у сыскарей такая – искать.

- Ага, бензин для нас, для следаков.

Чудеса, да и только. Хотя, если честно, я не был уверен, что эта поездка нужна. Приедем – и что дальше? Здравствуйте. У вас тут мертвеца ожившего нет? А родственников его? Ну, извините. Ну, до свиданья.

- Здравствуй, командир.

Это Серый.

- Ну как? – спрашиваю. – Оклемался? Ты точно мужика к Белому отвозил?

- Да! Сам с рук в руки передал.

- Рука руку моет, а что та творит – не ведает, - глубокомысленно изрёк я.

Люблю я это – словами поиграть для души, а не для славы. Мало кто понимает, но я стараюсь не обращать на это внимания – развлекаюсь я так.

- Что? – с привычной мне непонятливостью спросил Серый.

- Руки, - говорю, - надо мыть перед бедой. Сейчас к Белому поедем за мужиком твоим. Чудеса, говоришь, показывает? Значит, верно говорят, что нет чуда без добра. – Меня несло, поэтому я нёс всякую чушь. - Сам к Белому после нашего разговора ты не ездил?

- Да я ж напился на радости, что мужик-то жив! Куда уж тут к Белому идти – тут чуть беленькую не поймал от счастья.

"Перл! – восхитился я. – Надо бы запомнить. До беленькой допился – света белого невзвидел".

- Ну? Мы едем? – Нарисовался Игорь.

- Мы едем, едем, едем… - радостно напел Серый.

- Это кто? – спросил Игорь.

- Это проводник, - говорю. – Без него нам, как без глаз. Поехали. Он мужика Белому сдавал – из рук в руки, на предмет показа чудес.