Диббук. Мертвая ведьма

Но не только потому, что Степанчувствовал себя поверженным и стеснялся этого. Аня была красивой (с карими глазами-блюдцами, густыми волосами цветакрасной медии россыпью золотых веснушек на оливковомзагорелом лице),а с красивыми девчонками всегда теряешься, скукоживаешься и начинаешь нести всякуюерунду.

  Смеркалось.По густому травяномуковру  стелился туман, окутывая нежилые дома, стоявшие отдельно от жилых,  ржавая водяная колонка словно служила шлагбаумом между этими двумя мирами —брошенным, опустевшем, пропахшим стоячей водой, гнилью, мхом, поросшим на осиротевших избах и еще живым, дышащим, дряхлым, как древний старец.

Степка окинул взглядом крайний дом, стараясь запомнить каждую деталь – бледную россыпь поганок у покосившегося колодца, слепые окна, заколоченные крест-накрест, наглухо забитую досками дверь. Сад за домом зарос высокой травой, крыша альтанки провалилась внутрь...

  Аня схватилась за ручку колонки и стала качать воду.

Степка умылся и даже утолил жажду — вода была холодной, вкусной, совсем, как родниковая.

– Спасибо. – Сказал он и умолк. Вдруг почудилось, что в квадрате заколоченного окнамелькнул силуэт.

  Нет уж, больше Степка не купится!

–А-ну выходи! – Заорал он. – Я тебя вижу!

  Аня побледнела. 

–Ты чего? – Шепнула она, насторожившись, как пугливая лань.

– Прячется там кто-то,– насупился Степа, ткнув пальцем в окно покосившейся избы.

  Девочка передернула плечами и проследила за направлением его взгляда, глаза ее испуганно расширились. Тот, кто находился в доме помахал им рукой. Помахал как-то скованно, неестественно, словно управляемый театральный фантош.Не говоря ни слова, Аня схватила Степкуза руку влажной холодной ладонью и бегом бросилась прочь, волоча его за собой. 

  Запыхавшиеся, они мчались назад, как спринтеры – только ветер свистел у Степки в ушах да сердце грохотало где-то у самого горла.

Притормозила Аня только у собственного дома – кирпичного, с красной черепичной крышей и ставнями-жалюзи. 

–Домой иди, – резко бросила она. – И не говори никому, что видел.

 Степка пожал плечами. Жаловаться – последнее дело. Сам разберется, найдет способ отомстить подлому Митьке. 

–Не беспокойся, не скажу. – Ответил он.