Диббук. Мертвая ведьма

– А этому передай – еще раз шутить удумает я ему ноги повыдергиваю!

 Аня моргнула, взмахнув пушистыми ресницами:

-Совсем что ли? Не Митька это! Да он в жизни бы туда не сунулся, и вообще… никто из наших не пошел бы, ни больной, – она покрутила пальцем у виска, – ни здоровый.

 Степка хмыкнул.

–Ладно, Ань. Сам разберусь.

Аня вздохнула, поняв его ответ по-своему.

–Обиделся? Ну хорошо. Слушай. Деревня наша, как ты уже сам заметил, на две части разделена. Все местные знают, здесь – безопасно,если кому на станцию надо идут только по нашей улице, не беда, что далеко.

–Кладбища что ли боитесь? – Буркнул Степка.

–Знаешь уже? Не только кладбища. Дом крайний раньше ведьме принадлежал.

– И что?

  Аня развела руками – ну что за бестолковый мальчишка. Закусила губу, секунду-другую поразмыслила и принялась растолковывать.

  Ведьма умерла в мае 1969 года и в Кобылках вздохнули с облегчением. Открыто она никому не вредила, но в деревне знали – все беды от нее, она насылает мор на людей и животных, она по ночам бродит по селу, оборотившись то черной кошкой, то свиньей, то вовсе катится перекати полем, поджидает на перекрестке задержавшегося путника.

Кому дорогу перебежит – не жилец больше.Дед Афанасий говорил, по ночам – неотпетыхпокойников у себя принимает, они потом, как назад возвращаются в окна заглядывают, царапают стекла отросшими ногтями – поэтому в Кобылках ни одного дома без ставень не сыщешь…

  Вздохнуть-то вздохнули, но рано. По истечению сорока днейстали замечать, что в ведьминой избе ночами творится что-то странное, жуткое – ровно в полночь зажигается свет, мелькают причудливые тени.

Псы в деревне, словно одурели – в один голос воют, так жалобно-жалобно, будто в последний раз.Страшно людям стало, а что поделать? Собрались у Афанасия, некоторые с собой ружья захватили, другие на них понадеялись… Как стрелки на двенадцати соединись – смотрят, идет она. Дошла до Афанасьего дома, остановилась, принюхалась - люди чуть от страха не умерли. Ведьма под окнами бродит, ис той стороны зайдет, и с этой – человечиной несет, но невидимая преграда не пускает,не может забор осиновый обойти.  Отвадилась. К себе пошла.

  Вошла она в дом и дверь за собой затворила. А окна ее как раз на Афанасьевы выходили. Смотрят люди – мигает в избе все, светится, не иначе, как пляшут нечистые, хороводы с мертвяками водят.Тогда самый смелый предложил взять и святой воды на порог налить, чтобы ведьма не вышла.