Чистая смерть

Даже черная машина, стоящая с выключенным двигателем и погасшими фарами, помертвела, разом лишившись владельца и водителя.   

Пошатнувшись, Нелли упала на колени на мокрый асфальт, перегнулась через заборчик рядом с трупом, и ее вырвало. После этого она уже не помнила совсем ничего. 

Наутро, когда ночную темноту сменил серенький свет, Нелли открыла глаза по привычке, велящей встать и пойти на работу. Комната, в которой она проснулась, при утреннем освещении казалась чуть более просторной и куда более пустой, чем прошедшей ночью.

Голый пол, бесцветные обои, хромой шкаф придавали ей брошенный вид, как в здании, готовящемся под снос, где жильцы, благополучно выехав, оставили только ненужные вещи. Было тихо: ни звука за стеной, ни звука за окном. Нелли теперь стало совсем неуютно находиться в этой нежилой комнате, где оживали зловещие воспоминания. Сцены вчерашней ночи вставали перед глазами отчетливее, чем наяву, хотя труп Уилкса и не валялся больше у двери, а на половицах Нелли не смогла разглядеть ни следа крови.

Нелли не могла бы сказать, когда она чувствовала себя хуже: зная, что тот, кому она горячо хотела помочь, умирает – или зная, что из-за нее умер Уилкс. Уилкс, который желал купить ее, как игрушку, использовать, сломать и бросить в грязь, и обладал властью так сделать. Мысль об этом до вчерашней ночи ни на минуту не покидала ее сознание, отравленное страхом. Нелли, надеясь на избавление, принимала это в расчет, когда звонила Уилксу и приглашала его приехать. Последние месяцы заветным желанием Нелли было, чтобы Уилкс уехал за тридевять земель, исчез, пропал, сгинул – иначе он не дал бы ей покоя.

Так что Нелли убивала его своим звонком и никто другой, убивала задолго до того, как он упал на пол. 

Она сделала это ради себя. Она получила, что хотела, и на руках осталась кровь. Всем своим существом Нелли теперь погружалась в трясину, как с камнем на шее. Как обманчивый болотный огонек, мерцало слабое утешение: она все же сумела помочь тому, кто проявил к ней участие.

Нелли была еще способна радоваться тому, что он выжил.

Он спал в кресле рядом с изголовьем, поджав одну ногу, обхватив колено руками и опустив голову. Ему не мешало то, что комнату выстудил воздух, текущий из раскрытого окна, свежий воздух со двора, пахнущий мокрой листвой, который был так нужен Нелли. Ее укрывал от холода плед, тщательно подоткнутый со всех сторон. Ей спалось сладко и безмятежно, благо что во сне мысли об убийстве не мучили совесть.