Лёд и разум

– Вот как ты поняла, что это мужик!

– Бобби! Я говорила о хвосте! О хвосте!

Соседка захихикала и спрыгнула с кровати.

– Так! – Бобби деловито заглянула в шкаф и стала копаться в нём. – Собирайся. Одевайся. Одной тебе с этим не справиться. И я знаю, где тебе могут помочь.

– И где же? В психушке?

– Нет! В церкви!

– В церкви? И чем же мне там помогут? – я представила, как меня обмывают, отпевают и отправляют к Лизиному отцу на кремацию. Предложение Бобби стало отдавать прогрессирующей шизофренией.

А то, что я к нему прислушивалась… Мда… – Мне там что, выдадут пистолет с серебряными пулями и отправят охотиться на оборотня?

– Да нет, – Бобби удивленно глянула на меня, – для этого у церковников есть специально обученные люди.

***

Всю дорогу моя голова пребывала в тумане. Мы с трудом выбрались из общежития. Поначалу я не могла идти, и Бобби приходилось тащить меня на плече. Ноги действовали сами по себе, как-то куда-то переставлялись. Тело… я его просто не чувствовала.

Голова кружилась. Те немногие мысли, что еще оставались, разбегались, прятались по углам, оставляя одно единственное желание не упасть, не растянуться на полу в коридоре на радость остальным жительницам общежития. А они встречались нам по пути, проходили мимо, оценивающе смотрели на меня. Некоторые останавливались, интересовались, что происходит и не нужна ли помощь. Бобби отвечала, что помощь не нужна, а мы идем гулять. Вот только это выглядело, будто меня несут гулять. А моё опухшее перекошенное лицо, на которое Бобби извела половину тюбика тонального крема и кучу пудры, наверняка наводило жительниц общежития на самые разные мысли.

Я не помню, как мы спустились со второго этажа, но стоило мне оказаться на улице, и идти сразу стало легче. Сперва я еще нуждалась в помощи Бобби, а потом пошла сама. Не очень уверенно. Пошатываясь. Покачиваясь. Но сама! Голова перестала кружиться и чуть прояснилась. Туман не ушел, но я хотя бы смогла нормально воспринимать происходящее.

Более-менее.

На улице вовсю хозяйничала ночь. Как оказалось, общение с Бобби и подготовка к походу в церковь растянулись до девяти часов вечера. Звезды мерцали в вышине. Желтая луна изображала полусъеденную головку сыра. Ни дождя, ни снега, ни ветра – природа решила дать передышку людям, утомленным осенней хандрой.

Мы обошли общежитие, прошли мимо прачечной, мимо котельной, мимо каких-то хозяйственных построек и оказались на аллее.