Изощрённое возмездие

   В её голове голове застоялась пьянящая муть, как бывает, когда долго не спишь или, когда изнуришься от монотонной, отупляющей работы. Ей на ум не приходила ни одна мысль. Всё её существо гудело нестерпимой, высказанной агонией. И всё же она радовалась, что хоть на какое-то время её ждёт передышка. А что будет дальше, её сейчас, после всего, не волновало.

   Когда её дотащили через крутую лестницу наверх (стопы тупо натыкались на ступеньки, отчего истязатели злились её бездействием), то, открыв клетку, швырнули её на пол и закрыли.

Она лежала, или, скорее, не могла сменить позу достаточно долго; все силы её покинули её.

   Через какое-то время позади неё скрипнула дверь-клетка, и на её и без того измученную спину обрушилось что-то тяжёлое и до жути холодное. Она приблизительно представляла, что вытворили с её спиной, и всё же, не имея глаз позади, не знала, что произошло.

   Под собой она почувствовала мокроту и поняла: на неё выплеснули целое ведро воды. Тухлой воды, от которой её прохватил озноб.

   Неизвестно сколько она бездвижно лежала и собиралась с силами, только бы встать и почувствовать контроль над телом.

 Где-то далеко, за углом, она услышала резкий шелест карт и еле слышный голос:

   – Ты не слишком разошёлся с ней? Прямо ведь живого места не оставил!

   Послышался смешок:

   – Ничего, она всё равно теперь не жилец. Мы своё дело сделали и думать об этом нечего.

   Затем послышался скрип дверь и единственный звук, что она слышала, было её же собственное сломленное дыхание.

   – Изверги… – прошептала она.

   Не ощущая и не находя себя, и даже позабыв, где она находится, Лауна напрягла руки и попыталась оторваться от пола. Трудно! Но возможно. Тело как бы было не её и словно бы осерчало за то, что она попала в такую передрягу и досталось им обоим, и оттого оно было сонным, будто бы мышцы устроили бунт против неё.

   В большим трудом она поднялась на ноги, подошла к окну, и почувствовала в себе возвышенный подъём протеста против всего дальнейшего, что с ней произойдёт.

С силой сжав кулаки, она сказала себе, что выдержит всё дальнейшее с достоинством. Правда на её стороне, и она, веря в могущество Высших сущностей, знала, что просто так её жизнь не может оборваться. «ОНИ» не позволят этому произойти.

   Лауна долго стояла на месте и смотрела на льющийся свет утра, спадающий на неё лёгким теплом.