Судный день

Хотя, кажется, он уже почти всё и слил.

— Эй, ты чего? — растерялся Зунар, навис надо мной.

Я же лежал с закрытыми глазами и судорожно соображал, что делать дальше. Если Амали всё слышала, а в том, что она всё слышала, я ни капли не сомневался, мне придётся её убить. Вот только вряд ли я смогу это сделать. Или рассказать всё Зунару? Сказать, что она сама ворвалась, набросилась... Но это равносильно тому, что я её сам убью.

В гневе Зунар может и казнить её, и по закону окажется прав. Это предательство. Даже одно только нахождение в моей комнате без ведома её пати, можно расценивать таковым. И если здесь и можно было бы как-то выкрутиться и оправдаться, то теперь... Зунар не сможет поступить иначе, он убьёт Амали, потому что теперь она всё знает.

В лицо плеснула холодная вода. Зунар навис надо мной с графином.

— Что с тобой?

Я захлопал глазами и вытер лицо рукавом:

— Видимо, слишком переусердствовал во время тренировок.

Наверное, много энергии потратил. Я же говорю, что неважно себя чувствую, и ещё живот прихватило.

И в подтверждение этому, состроив страдальческое лицо, я схватился за живот.

Зунар нахмурился, недоверчиво посмотрел.

— Ты снова открывал врата? — Да когда же он закроет рот?! Нет, надо было всё-таки вмазать ему разок, а потом бы придумал, как объяснить, за что.

— Давай лучше поговорим завтра, серьёзно, мне, правда, нужно отдохнуть, — сказал я.

Зунар нахмурился ещё больше, принялся осматриваться и вертеть головой, что-то выискивая.

— Ты не один? — грозно посмотрел он.

— Один, — моргнул я. — Просто говорю же, потратил много энергии...

— Я не люблю, когда мне лгут, — оборвал меня Зунар и со всей решительностью принялся обыскивать комнату.

Распахнул дверцу гардеробной, заглянул под кровать, одёрнул шторы.

— Зря ты это, никого здесь нет, — воспользовался я последней попыткой спасти Амали, глядя на то, как Зунар схватился за ручку двери ванной.

Он одарил меня едкой улыбкой и распахнул дверь.

Заглянул в ванную комнату, вошёл и вышел. И неожиданно никого не нашёл.