Судный день

Свою неправоту тяжело осознавать. Хотя, это уже ничего не меняло.

— И что теперь? — неуверенно спросил меня Яран, как будто у меня были ответы.

— Вы ещё не поняли? — я не смог сдержать недоумевающей усмешки. — Накта Гулаад объявили нам войну. Империя объявила нам войну.

На несколько минут в зале воцарилась тишина.

— Значит, будет им война, — злобно зашипел Яран, потом резко закричал: — Джабир! Приказываю! Всех Накта Гулаад, всех — судшант, шлюх, монахинь! Всех изгнать из Гиргит.

Ни одной дряни не должно здесь остаться. Кто будет сопротивляться — убить! Зунар? — Яран резко повернулся к нему: — Ты меня поддерживаешь?

Какое-то время Зунар задумчиво смотрел на него, после решительно поднялся с места.

— Санджей, — он демонстративно повернулся к сыну, — ты хочешь этой войны? Ты поддерживаешь Ярана? Тебе решать. Теперь тебе. Готов ли ты рискнуть, готов ли пожертвовать всем ради власти над Империей?

Санджей растерянно забегал глазам, будто искал поддержки у присутствующих.

— Почему ты спрашиваешь у сына? — скорчил гримасу непонимания Яран, но Зунар резко взмахнув рукой, дал тому понять, чтоб он замолк и не вмешивался.

— Так что, Санджей? Какое решение ты принимаешь? Готов рисковать? Готов поставить на кон всё?

— Готов, — тихо и нерешительно сказал он.

Зунар, кажется, разочарованно выдохнул.

— Не слышу! — в голосе Зунара прозвучала угроза, он явно пытался, вразумит сына, но Санджей даже не понял этого:

— Готов! — громко с истеричными нотками в голосе выкрикнул он.

Я заторможено смотрел на трупы женщин, лежащих в лужах крови. Почему их никто не убирает?

В какой-то момент мне стало плевать на происходящее. Чувство пустоты.

Просто дыра. Я не в силах это остановить, не в силах переубедить. Я ничего не решаю.

Зунар дал шанс Санджею отказаться от войны с Империей. И плевать, что если бы он отказался, мы бы потеряли поддержку Гиргит. Но теперь на кону действительно стояло нечто большее. Мы потеряли преимущество внезапности. Орден все знает, а значит, вскоре узнает Каннон и лжеимператор.