Проклятье живой воды

– Как ты мог? А вдруг ей там будет лучше? 

- Я не желаю, - голос сэра Генри чуть дрогнул, и женщина втянула голову в плечи, понимая, что перебила супруга, - чтобы моя дочь обитала в какой-то резервации. Моя дочь должна оставаться рядом со мной. Только так я смогу ее защитить…

Сэр Генри прошел мимо жены и племянника, обойдя их, как пустое место, и направился в комнату дочери.

Еще на подходе его поразил тяжелый удушливый запах. Едко пахло чем-то гнилостным и в то же время звериным. Граф невольно достал платок, прижав его к лицу.

На стук отворила мисс Браун. Лицо сиделки было до половины замотано повязкой, от которой исходил запах каких-то едко пахнущих трав. 

- Что вам угодно, ваша светлость? – прогнусавила она из-под повязки.

- Я пришел проведать свою дочь, - ответил сэр Генри.

Женщина встала так, чтобы скрыть от посетителя происходящее в комнате. Но она не могла скрыть ни запаха, который в комнате был еще сильнее, ни странного хлюпанья и возни.

- Не надо.

- Почему? – он достал из кармана надушенный платок, приложил к лицу. - Я отец, я имею право… 

- Отец? – казалось, мисс Браун впервые слышит это слово. 

- Да. Я отец этой девушки и желаю видеть свою дочь! – сэр Генри понимал, что голос его из-под платка звучит не слишком грозно, но был готов прорываться с боем. – И я войду в комнату, чего бы мне это ни стоило!

Еще несколько минут тому назад он не был готов к столь решительным действиям, но беседа с чистильщиком и возражения сиделки подстегнули его решимость.

- Ну, - сиделка как-то странно замялась, - ежели вам это непременно надо, то так уж и быть, проходите. Только потом не говорите, что вас не предупреждали и не отговаривали! 

Она посторонилась. Сэр Генри сделал шаг.

Он сам не знал, что толкает его сюда. Роза заражена. Она изменилась. Ее тело мутировало до неузнаваемости. Теперь это было что угодно, только не его девочка. Самым правильным было отдать ее чистильщикам, после чего проветрить комнаты, прибрать весь мусор и… и что? Забыть весь этот кошмар? Жить, как ни в чем не бывало, отказавшись от единственной дочери? Бросить своего ребенка только потому, что ребенок попал в беду? Когда-то сэр Генри не мог смириться с тем, что вместо сына-наследника у него будет всего одна дочь.

Она валялась на полу за постелью.