Проклятье живой воды

Достал ломоть хлеба с салом и луком, откупорил бутыль, в которой плескалось что-то коричневое, отхлебнул. 

- На, - неожиданно протянул Виктору, - глотни.

- Я не пью, - юноша почувствовал, что краснеет. – И вообще, у меня…

Мать перед уходом собрала и ему небольшой узелок – несколько картофелин, вареные яйца, хлеб…

- Чай. С молоком, - с привычной уже кривой усмешкой пояснил Джонс и снова сплюнул. – Это правильно. Силы нужны. А с джином тут строго. Запах учуют – выгоняют. И расчета не дают. Наоборот – ты еще фабрике должен становишься за недоработанные часы.

 

- А почему нельзя пить? – спросил Виктор, намекая на то, что в бутыли у напарника отнюдь не чай. 

- А потому. Вода… она не прощает. Рука дрогнет и все. Конец! Но и без этого тут никак. 

Видимо, для него так много говорить было непривычно, или он понял, что случайно сболтнул что-то не то, потому что отвернулся и продолжал обед, нарочито не обращая внимания на напарников. 

Впрочем, беседа бы и так не сложилась – Сэмми здорово вымотался и, едва-едва перекусив, растянулся прямо на полу, со стоном расслабляя натруженную спину.

Ему было не до разговоров даже о своем самочувствии. И Виктор не мог заставить себя забыть о приятеле и болтать, как ни в чем не бывало. Он жевал, не чувствуя вкуса, прихлебывая из бутыли разведенное молоко и осматривался. 

Пока работал, замечал все лишь краем глаза, и только сейчас смог как следует рассмотреть все эти чаны, резервуары, котлы и тянущиеся между ними трубы. На время перерыва огонь под котлами чуть убавили, костры еле тлели, стихло бульканье воды, меньше стало пара, но работа не остановились – рабочих тут было немного больше, чем требовалось, и пока одни перекусывали, другие копошились, занимая их место.

Время обеда тут явно было не одно на всех и, пока одни отдыхали, другие работали.

- Интересно, а что тут происходит? – подумал вслух Виктор.

- Не все ли равно? – буркнул Джонс. – Пора.

Юноша не успел спросить, откуда тот знает – прозвучал удар колокола.

- Перерыв окончен! – гаркнул мистер Уильямс.

Они поднялись. Сэм – со стоном, Виктор – молча. Их ждали бочки с водой. 

- А все-таки, - пропыхтел юноша, взваливая первую на плечи, - зачем все это? 

Джонс лишь сердито дернул уголком рта, выражая этим неодобрение болтливостью новичка, но неожиданно рядом прозвучал новый голос:

- Это – цех очистки. Воду, прежде чем с нею работать, надо очистить от примесей. Сначала отфильтровать, потом выпарить, отделяя от мусора.