В ловушке снов

Мы сейчас расплатимся, возьмем глинтвейн и пойдем за уличные столики, куда ты так рвалась. И пока глинтвейн не кончится в стаканах, и мы не замерзнем, можешь задавать любые вопросы.

Предложенный вариант Тари вполне устраивал. Она уже погрузилась в обдумывание вопросов, когда принесли счет. Эльза, едва взглянув, небрежным движением положила несколько купюр.

  —  А сколько с меня?  —  Тари потянула карточку к себе.

  —  Нисколько,  —  Эльза решительно убрала счет на край стола.

 —  Не думаю, что у тебя много лишних денег.

  — Не много,  —  Тари вздохнула.

  — Та-ак,  —  Эльза залезла в кошелек, и вынув купюру в пятьсот евро, протянула Тари.

  —  Нет, я не возьму. Я не могу. Большое спасибо, конечно, но...

  —  Глупостей не говори,  —  она, похоже, не собиралась принимать отказ Тари всерьез.  —  Бери. Надеюсь, на неделю хватит. Не хватит, дам еще.

  — Это уже слишком! - благодарность в душе Тари мешалась с досадой.

  —  Да брось,  —  Эльза беззаботно махнула рукой.  —  Это же всего лишь деньги. Тебе они сейчас нужны, а у меня их больше, чем я могу потратить.

  —  Разве так бывает?  —  удивилась Тари.

  —  Бывает. Если полная независимость от денег — твое заветное желание. В смысле — мое. Ты вот мечтала оказаться в Праге, а я хотела иметь столько денег, чтоб перестать заботиться о них.

Дело в том, что в молодости я успела на своей шкуре узнать, что такое бедность.

  —  В молодости,  —  фыркнула Тари.

  — Бедность, скажу я тебе, довольно паршивая штука. И самое паршивое в ней — невозможность заниматься тем, к чему лежит душа. Ты хочешь рисовать, а приходится работать менеджером в компании по продаже удобрений или официанткой в кафе. Да уж,  —  она невесело хмыкнула.  —  Я даже кассиром в супермаркете два месяца проработала.

А ведь по образованию я реставратор. Не так уж много понадобилось времени, чтобы понять, что работа с книгами меня не прокормит. Для настоящих серьезных библиотек выпускница без опыта работы не годилась, а найти других клиентов крайне сложно.

  —  Но ведь ты сейчас работаешь в библиотеке. И, кажется, та женщина представила тебя именно как реставратора.

— Сейчас — да. Но после института я жила в небольшом немецком городке.