Один в поле

- Что наша кухня в вашем распоряжении, диван там раскладывается. Но доесть и допить оставшееся у нас время ещё есть.Возражать никто не стал. Только Ларик была тиха и задумчива, смотрела сквозь розовое вино на отблескивающую реку, лицо её меняло выражения, как даль, по которой бежали тени облаков.- Ты что? - наклонился к ней Егор. - Ты прощена всем миром, радуйся!- Я радуюсь... Наверное, устала. Егор, твоё... это... с Софьей, как это было?Егор был поражён неуместностью любопытства :- А ты как думаешь? Восхитительно! Я до сих пор в экстазе!.

..- Не злись. Это было твоё... воображение, или всё чисто внушение?  От неё?- Не знаю я! Конечно, я мог-бы такое вообразить... Но потом... в одиночестве... А это было... принудительно, что-ли... навязано. И никаких эмоций, знаешь, как обязанность , только тело... удовольствие получало, а я, как зритель... любовался. .. С галёрки смотрел, на сцену. Может быть, мы потом эту тему обсудим?- Хорошо, потом...С реки потянуло сыростью, Ларик съёжилась, и Егор накинул ей на плечи курточку. Марина решительно поднялась :- Ещё не жаркое лето, хоть и солнце светит. Пора, наверное, до дому, почаёвничать, и обсудить кое-что, наболевшее. А младшему поколению готовиться сны смотреть. Собираем скарб, и вперёд...Егору почему-то не хотелось уходить с пустынного берега, будто осталось здесь ещё что-то недоговоренное, что ощущалось в пространстве, но не было высказано, и только тень витала между грозовым небом и туманной, зубчатой полосой прибрежных зарослей. .. Конечно, тень! Ему казалось, что там, на бредовой полянке был задан не прозвучавший вопрос, очень важный, но тогда оформившийся в досаду и недоумение, а сейчас вполне сформулированный. Он ведь тогда, оставшись наедине с надвигавшимся злом, а Ларик была почти без чувств (он ничего не ощутил тогда, и что могло на неё так подействовать?), он пытался что-то предпринять, пытался сосредоточиться и воздействовать, не имея представления о самом механизме, на незваное чудо-юдо, ну, наподобие, как больной ребёнок в "Сталкере" Тарковского двигал стакан с чаем по столешнице. И ничего у него не получилось.