Пилигрим

"Дурёхе" тогда было ещё до школы далеко (поздний ребёнок !) , Персефона ещё не была Персефоной , а была строгой "бизнес-вумен" , работала проектировщиком в проектном институте от Министерства обороны , что также гарантировало обеспеченную старость , отличалась строгостью и даже аскетизмом в облике и одежде, типичном для питерских интеллигенток... Господи , да тогда и термина такого не знали - "бизнес-вумен" ! Было в этом что-то заграничное и осуждаемое , от диссидентов , серебряного века , Цветаевой и Инбер... А сейчас на худых коленях Парфенона Сергеевича лежал потёртый ноутбук "Asus", и костлявые пальцы двигали по ляжке, обтянутой выцветшими, ветхими джинсами, заезженную "мышь".

.. На дисплее мелькали те самые "бизнес-вумен", только теперь они были облачены не в офисную униформу, а в какие-то разноцветные тряпочки, еле прикрывающие половую щель и соски бесформенных грудей. Рожи их лоснились от кремов и йогуртов, на лбах была начертана ясно видимая цена в валюте, и в глазах царила небесная бездна и вселенская пустота, испоганенная бозоно-квантовыми флюктуациями . Парфён Сергеевич вздохнул от непонимания ситуации , жалобно посмотрел на Персефону , и та уловила его скорбный взгляд , строго посмотрела , покачала головой :- Помирать нам надо, Парфёша , лишний элемент мы здесь... Вот дурёху-бы кому пристроить... Тоже ведь не приспособлена к этой жизни... Хоть квартиру ей оставим , так ведь, с её миропониманием, приведёт хлыща какого, и выбросит он её к свиньям и к чёртовой матери...Тут они услышали, как прощёлкал ключ в замке входной двери, открылась и закрылась дверь, непродолжительное шуршание дождевика, повешенного на плечики, и в комнату вошла Варвара Красавина, их родная дочь тридцати трёх лет от роду, которую знакомые, а от них и родители частенько называли "Версаче" - по поводу  её привычки все модные вещи обзывать этим известным  брендом, независимо, обувь то была, верхняя одежда, сумочка, или бижутерия. .. Так-же она называла книги, журналы, фильмы, всё, что хоть немного задевало её воображение, и привычка эта пошла ещё со школьного бездумного возраста. Старики-родители поначалу пробовали протестовать , ведь воспитывали её с детства в окружении классических идеалов красоты, на картинах средневековья, стихах Петрарки, прозе Жорж Санд, Мопассана и Ивана Бунина. Не удалась дочь, было их решение, хорошо хоть не в нигилисток современных получилась, ранимая, и с понятиями чести и совести, а потому беззащитная от негодяев и прохиндеев.