Уровни Эдема

Что характерно, номера эти были в интервалах меж цифр-отметок, оттого запоминались без особого напряжения, а на ум пришла мысль, что законченной вся комбинация станет, когда номера пойдут подряд. 

Тем же вечером даже выставили в спарринг с Вадимом – хотя тот не сильно хотел и всячески пытался откосить от строевой и доспехов. Может, по причине его вялого энтузиазма, а может из-за тяжести копья, но первая же серия ударов свалила его на бетонный пол, заставив убрать из-под удара ногу и тут же свалив тычком в плечо.

Тут же появились другие кандидаты на спарринг, и вроде даже закружили мы с Матвеем в центре зала. Я – выписывая восьмерки кончиком копья, а он – положив лезвие меча сверху на круглый щит. Но тренер почти сразу оборвал поединок и развел нас в стороны. Претензий к Матвею у него не было, но вот горячное и недовольное «ты зачем начал думать?!» слегка обескуражило уже меня. «Не надо думать! Нет у тебя столько опыта для этого! Вставай к стене и давай заново все комбинации!».

В общем, так до закрытия и калечил стену, добавляя имеющемуся рельефу глубины. Без энтузиазма, секундомера и пригляда, но понимая, что нужно, оттого не ленясь ни мгновение. 

Под конец занятий тренер решил подбодрить.

- О тебе уже Лена интересуется, - подмигнул Михаил после того, как я уже собирался идти в душевую.

«Какая Лена?» - чуть не сорвалось с языка, но я вовремя спохватился и изобразил внимание.

- Слухи летят быстро, - с улыбкой хлопнул тренер по плечу.

«- Блин, еще эта Лена», - пробормотал я устало, стоя под струями горячей воды. – «Хотя, если все завтра закрою Там, то возвращаться в клуб нет смысла.»

Но на последней мысли понял, что слегка лукавлю. Только разобраться бы с самим собой – где именно. 

Ночь провел в своей квартире, с некоторой заминкой пройдя мимо Лилиной двери. Кошмары не посещали, разве что холодновато слегка, но это уже не из-за навеянной Той стороной стужей, а просто от одиночества и отключенного на днях отопления.

Субботнее утро тоже не сложилось. На улице стояла серая хмарь от погоды, все еще не желавшей определиться – быть ей весной или оставаться за порогом зимы. В холодильнике ожидаемо было пусто, два дня в чужой квартире не позволили обновить краткосрочные запасы, а для чего-то большого и вкусного просто не было настроения. На часах было шесть, до открытия кафе оставалось более четырех часов.