Есть ли у города душа? (первый черновик)

И куда! Именно на первую полосу! Я пять лет шел к тому, чтобы меня печатали здесь! Что за сволочизм!

Репортер нахмурился и замолчал.

– Он тут пишет, ну, они с редактором, что в следующем выпуске опубликует не просто статью, но и какие-то доказательства. Он уже принес их в редакцию? Они там? В каком-нибудь сейфе? Эти доказательства какая-то ловкая подделка? Все это часть какого-нибудь плана?

Репортер мрачно рассмеялся.

– Что вы! Этот выскочка?! План?! Он не из организации! Фантазер, сумасшедший или лжец – я даже не знаю, какой вариант хуже для нашего дела.

И скажу прямо: без понятия, что там за «доказательства» и где он их хранит.

Что ж, эти слова, скорее всего, были правдой, ведь только безумец мог выдвигать такие абсурдные обвинения в адрес Совета.

– И все-таки...

– Вы ловите моль медвежьим капканом.

– Мы как-нибудь сами решим, что и как ловить, – порой наступал момент, когда людям вроде Репортера приходилось напоминать, что перед ними в данный момент не просто их сосед, но городской инспектор, отягощенный обязанностями и долгом перед городом, Управлением и Советом.

– Вы сказали, что поможете мне. Но даже имени его не знаете.

– Я был так зол на этого выскочку за те абзацы – очень важные абзацы! – что решил сказать ему пару ласковых, и напросился забрать у него материалы. Приходить после этого анонса ему бы было не с руки, кажется, он ожидал, что вы начнете его искать. Такое чувство, что только у меня еще и остался разум, и только я вижу, какой абсурд-

– Когда и где?

Снова повисло молчание, на лбу Репортера выступили мелкие капли пота, и Тому пришлось повторить свой вопрос:

– Когда и где?

Репортер зашел достаточно далеко в своей откровенности, но все еще мог попытаться от всего отказаться.

Нельзя было позволять ему задумываться.

– Завтра. В полдень.

– Я пойду с вами. Не волнуйтесь, о нашем сотрудничестве никто не узнает.

Репортер презрительно фыркнул, поднялся, прошел вдоль стены, чуть горбясь.

– А мне нечего бояться и стыдиться! Ясно вам? Я делаю одолжения нашей газете и всему движению.

Этот непонятный тип явно ваш засланец. Вы хотите подставить под удар нашу репутацию!

Том не стал больше ничего говорить и принял эти громкие слова за «спасибо».

Он обошелся без донесений в Управление – там от него ждали результатов, а не промежуточных отчетов, и потратил весь остаток дня на отдых: склеивал изжеванные Рыжим книги и перекрашивал подоконник, исполасованный следами когтей – при этом не забывая прислушиваться. Репортер все же был ненадежен.