Есть ли у города душа? (первый черновик)

Город ворочался с бока на бок, но уже дремал, ожидая увидеть первый сон. Сумерки уступили место тьме. На окраинных улочках она стала единственным его спутником. Здесь фонарей почти не было, а свет в окнах гас рано.

Не найти лучшего времени и места, чтобы подумать обо всем важном, например, об огромном шестилапом кошмаре. 

«Не оставляй его слишком надолго одного, корми снами каждый вечер и не маши на него руками – он этого не любит».

Что Аня вообще думала? С такими требованиями, ей нужна нянька для этого зверюги.

 

«Не следовало мне…» – он крепко задумался. А кто, кроме него, помог бы Ане, пока она искала выход из сложившейся ситуации? Честнее было бы просто отказаться. Согласился на что-то – так не строй из себя жертву обстоятельств. 

Том запретил себе думать о звере. Поглощенный мыслями об объяснительной, погоде и прочих мелочах он уже подходил к дому, когда какой-то взволнованный малый в подранной куртке схватил его за руку и затараторил:

– Господин инспектор! Господин инспектор! Ну, наконец-то! Там уже полчаса как отправили почтового дракона за кем-нибудь из ваших! Там такое! Такое! Скандал!

Тому понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

Он посмотрел на незнакомца, потом, сжираемый самыми пугающими подозрениями, – в сторону дома. Там толпились люди. Они переговаривались, спорили, некоторые из них хватались за подоконник и старались подтянуться и заглянуть в окно. В его окно. 

Иногда в пустых квартирах происходили довольно странные вещи.

Приведения, оживающие картины, драки комнатных растений. Но сейчас Том не питал никаких иллюзий. 

Он вырвался из хватки незнакомца, сказав ему какую-то вежливую нелепость, и поспешил во двор. Здесь людей оказалось еще больше, хуже того – среди них затесались букмекеры. Они вечно оказывались в местах, где пахло жареным. Мужчины и женщины толкались, желая оказаться поближе к дверям, но покорно расступались перед Томом. Точнее, перед его формой. Он поднялся на крыльцо, провожаемый волной взволнованного шепота, вошел в коридор и с удивлением обнаружил, что и здесь набилась толпа.

 

Любопытство в этом месте смешивалось с запахом табака, дешевых духов и пота. Оно было подобно лавине, единственной преградой на пути которой была не дверь, а квартирная хозяйка, тонкая, седая, в старомодном синем платье. 

Сейчас она стояла одна против множества глаз, подпирала спиной дверь и хмурилась.

– Подите прочь! Нечего тут! Нечего!...