Есть ли у города душа? (первый черновик)

За открытым окном тихо шумела улица, шторы легко покачивались туда-сюда, по ковру тянулись длинные солнечные пятна. Они были прямоугольные, с удивительно четкими краями, очерченными сумраком комнаты. Круглые часы, висевшие на стене, подсказывали, что день уже перевалил за половину.

Том прислушался к себе. Да, слабость, болезнь и все же что-то внутри возмущалось этому бесконечному лежачему положению. Он спустил ноги на пол, зевнул, осторожно поднялся, опасливо проверяя, хватит ли ему сил не грохнуться.

Первым целью стало окно.

Доковыляв до него, Том полностью раздвинул шторы, развернулся и посмотрел на свою тень, покрытую прорехами. Показалось ему или же даже она стала какой-то утомленной?

– Здравствуй, – ответа на приветствие Том не получил. Это было невежливо, но крайне профессионально с ее стороны. – Что за день!

На столе лежал большой сверток, перетянутый бечевкой. Поверх него покоилась новая фуражка и пистолет. Том знал, что это прислали со службы, но не помнил, когда именно. Сегодня? Вчера? Позавчера?

«Какая разница».

Он добрался до стола и вытащил из-под свертка конверт. Внутри оказался официальный бланк с требованием явиться в Управление «как только сможете явиться» и расписаться в ведомости о получении нового комплекта обмундирования. Со снабженцами шутки плохи – обидь кладовщика, и он это непременно запомнит, и в следующий раз получишь два левых ботинка и рубашку без пуговиц.

Том добрался до умывальника, стоявшего в углу, и мысленно возблагодарил Хозяйку. Пока он валялся, точно переевший летучих мышей почтовый дракон, она проследила, чтобы бачок не превратился в застойное болото с ужами и лягушками.

Тепловатая вода помогла ему прийти в себя и избавиться от неприятного прелого запаха болезни, въевшегося в шею и даже в волосы. Брился он обычно в общей ванной – там было большое зеркало, но сейчас решил справиться с этим в своей комнате, чтобы не показываться на глаза соседям в совсем уж помятом и потрепанном виде. Достаточно и того, как он осунулся, не стоило пугать их еще сильнее.

Одеваясь, Том вновь бросил взгляд на окно и фыркнул. Сколько же дней болезнь сжигала его заживо? Два? Это третий? И Воровка ни разу не соизволила заглянуть к нему. Как раз в то время, когда ее помощь была бы очень кстати.

«А стоит ли удивляться?» – подумал Том и кисло улыбнулся. Воровка всегда была легкомысленной, и забота о других ее заканчивалась там, где начиналась тяга к приключениям и опасностям. Вот на это у нее времени и сил всегда хватало.