Если только захотеть...

Через некоторое время они вместе с красочным мужичком, видимо, добрались до места, о котором упоминал последний. Они наконец-то остановились, расцепили сжатые до боли руки, мужичок снял с глаз Макса липкие прямоугольники, и тот обнаружил себя в просторном, но слишком тёмном помещении. Окна были занавешены плотными занавесками. В комнате отсутствовали какие-либо предметы, кроме самого простого кухонного стола и трёх табуреток. На одной из них с противоположной стороны стола восседала неподвижная фигура, закутанная с ног до головы чёрными тряпками.

Лицо фигуры закрывала густая вуаль, потому трудно было судить что-либо о внешности сидящего, так же как и о том, был ли это человек живой или манекен.

- Ты, конечно же, удивлён, – важно произнёс мужичок, обращаясь к Максиму. Он уселся на табуретку и предложил сесть Холодову, – это неудивительно, и я, как могу, пытаюсь понять тебя и помочь.

- Вряд ли получится понять меня, – ответил Макс, осторожно присаживаясь напротив мужичка.

Табурет протяжно заскрипел. Максим попытался приветливо улыбнуться, собеседник же в ответ принялся скалиться так активно, что Холодову стало жутко.

- Нельзя сказать, что я просто удивлён, – продолжал Макс, – я совсем ничего не понимаю. И даже не представляю, за что уцепиться, чтобы начать хоть что-то понимать. А чтобы удивляться…, надо хотя бы знать, чему ты удивляешься.

- Ну, так попробуем же уцепиться! – восторженно воскликнул собеседник. – Начнём с того, что там, где ты имеешь счастье находиться, оказываются люди сразу же после того, как помирают.

Максим смертельно побледнел и открыл рот, чтобы что-то сказать, но ничего сказать не смог.

- Но не делай поспешных выводов, приятель, – продолжал мужичок, – обо всём по порядку?

Холодов кивнул и покосился на чёрную фигуру, восседавшую за столом. Та оставалась неподвижной.

- Представляешь, это на самом деле тот же самый, родной тебе мир, – рассказывал собеседник Макса, – видишь же, здесь всё осталось на месте – человечки, качельки, собачки, цветочки, всё то же самое.

Только застывшее, как будто твой мир поставили на паузу, а ты продолжаешь воспроизведение, как и прежде. Видишь ли, мир тот же, только время здесь течёт в другом направлении. А, точнее, вдоль того мига, в который ты вошёл сюда. Так обычно и бывает, человек умирая, не исчезает, конечно же, а продолжает жизнь вдоль того мига, в который произошло умирание его физической оболочки.