Лукоморье

На столе стоял поднос, а на нём... ещё шесть таких мохнатых шариков-светильников. — Откуда??

— Смотри. — Антон взял один из шариков, сплющил его край между пальцами... и надорвал. Евгения вздрогнула. Антон резким движением развёл руки, протянул их — на ладонях было теперь два шарика поменьше.

— Вот так. Я ещё там его случайно надорвал и заметил, что разрыв сразу зарастает. Им нужна вода, чтобы светить, — пояснил он. — Это я уже понял. Если в квартире слишком сухо, они перестают светить, и начинают съёживаться.

Не знаю, как они это делают, но если положить их в воду, то через пару дней оба вырастают до одного и того же размера.

— Сдуреть! — Евгения боязливо потрогала один из шариков. — Прикольно! Как кошка на ощупь. А ты не боишься, что, не знаю, там микробов полно жутких, или что он людьми тоже питается?

— Если бы питался, у них были для этого все шансы. Он чистый. Я исследовал у Семёныча в лаборатории, на нём вся микрофлора только наша. А жидкость, которая внутри так вообще стерильная.

— И что за жидкость? — Евгения осмелилась и подняла один из шариков.

— Сухой! Ничего себе — вода вообще не пристала. Он тёплый! Так что за жидкость?

— Вода. Да-да. Я попытался отщипнуть кусочек, он тоже стал самой обычной водой. Ну, не совсем обычной, там пять процентов тяжёлого водорода, а остальное обычная вода. И ничего больше. То есть абсолютно ничего.

Катерина подняла взгляд.

— Не может быть, Антон. Шутка, да?

— Не последняя. Что у тебя в рюкзаке? Еда?

— Не только. Тоже хотела сюрприз сделать.

— Она сходила за рюкзаком и, передав пакеты с провизией хозяину, поставила на стол... термос. Ну или что-то очень похожее. На вид тот самый.

— Сдуреть! — восхитилась Евгения. — Ну, мы заговорщики. Вот, держите. — Положила на стол карту памяти. — Я вынула из моего телефона. Заменила, когда предыдущая кончилась. То есть тут только одна запись, но я её боюсь, если честно. И ещё я взяла пробы всякой воды. И того порошка. С собой не принесла, дома пока спрятала.

— Так. — Антон почесал затылок.

— Чую, разговор затянется. Сергей, неси его сюда, раз уж ты последний.

— Кого «его»? — насторожилась Евгения и ахнула, когда Сергей принёс... кота. Чёрного крупного кота с белым пятном на груди. И с перевязанными лапами. Кот дремал на руках человека; лишь на пару секунд он открыл глаза, оглядел присутствующих и снова закрыл.

— Позавчера ко мне пришёл, — пояснил Сергей. — Все лапы в кровь стёр. Не представляю, как он добрался, и почему именно ко мне.