Алхимик

Поговаривают, что наш новый князь тоже ходун не из последних. Не просто так у него фамилия Медведев.

— Это как-то связано со зверем, про которого ты рассказывал?

— Возможно. Кто мне тайны раскроет-то? Но раньше фамилии получали как раз по способностям. Сам делай выводы.

Какие тогда родовые способности у Соколовых или Коршуновых? Надо будет поискать, есть ли такие магические звери.

— Так, и при чем здесь ходоки?

— А как спать спокойно, если к тебе в любой момент заявиться могут? Тема больная, сколько человечество себя помнит, наверное.

Наша же беда в том, что решение было найдено, — кивнул он на булыжник, что валялся в коробке.

— Не понимаю.

— Это блокиратор перемещений. Ставишь в доме, и к тебе никто заявиться не сможет. Штука до жути редкая. Стоит как весь завод, на котором я работаю. А может, и дороже, учитывая его размеры.

— И это вся проблема?

— Чего? — нахмурился Сергей, глянув на меня недовольно. — Ты не догоняешь, походу. Такие штуки не теряют. Эти мужики очень непростые, если возят с собой камень.

Возможно, они его везли КОМУ-ТО. И как ты думаешь, что сделает этот КТО-ТО? Будет искать отряд. А там и на нас выйдет.

— Что тогда делать?

— Не знаю. Для начала отогнать машину, спрятать трупы, убрать все следы. От камня лучше избавиться.

— Давай я его к себе унесу. Его как-то можно отследить?

— Не знаю. Если и можно, то мне о таких способах неизвестно.

— Тогда я его так спрячу, что никто не найдет. Ты не против?

— Ну, бери, если хочешь, всё равно, даже если выкинем, это ничего не изменит.

Но как бы нам потом кровавыми слезами не умыться.

Поднатужившись, я вытащил ящик с камнем. Тяжелый, килограмм сорок, не меньше. Может, опасения Сергея и верны. Наверняка нам есть, чего бояться. Но что случилось, то случилось, нечего исправлять. Выкидывать такую ценность уж точно смысла нет.

Лучше её изучить!

***

Наверное, я мог бы назвать себя умным. Мой жизненный путь это подтверждал. Выжить в умирающем мире — это то деяние, которое больше никому на моей родине не удалось совершить.

Но сейчас я задумался, что мои познания в алхимии ограничены. Причины у этого имелись вполне конкретные. Меня обучали на остатках школы, которые сохранились в нашей семье. Обучали основам и, в первую очередь, тому, как выживать. Делились наработками идей, как спасти мир. Но дальше задумок, трудно реализуемых, те наработки не заходили.

Мой побег — это следствие нескольких лет размышлений над задачей.