Алхимик

Опасных тенденций тоже. Такое чувство, будто твой организм всё никак решить не может. То ли ему развиваться дальше, как того хотели те, кто ставил эксперимент, то ли законсервироваться.

— Что это значит?

— Консервация — это такое умное слово, обозначающее мучительную смерть.

Прекрасно. Найду всех Коршуновых и убью жесточайшим образом.

— Как-то можно помочь организму, чтобы он сделал правильный выбор?

— В твоём случае скорее да, чем нет. Пойми, тут нельзя дать гарантий. Неизвестно, что с тобой делали. Это ведь эксперименты.

.. — стушевалась Ольга.

— Понятно. Так как мне быть?

— Давать посильную нагрузку... Нужно обеспечить твоему организму стресс, чтобы он начал развиваться и интегрировал все те изменения, которые в нем произвели.

— Иначе говоря...

— Иначе говоря, я попрошу мужа, чтобы он составил для тебя изматывающую программу. С учетом твоей общей слабости. А сама буду присматривать и следить, чтобы процесс не зашёл куда-то не туда. Сегодня отдыхай, а завтра начнёте.

Так начался новый цикл в моей жизни, в котором я стал изучать возможности организма, получив то, что хотел.

***

Первая неделя свелась к коротким пробежкам и легким разминкам. Этого хватало, чтобы нащупать предел организма. Как только я чувствовал усталость, сразу шёл в дом, где меня осматривала Ольга. По косвенным признакам я сделал вывод, что она обладает какой-то силой. Ничего конкретного я заметить не смог, но слишком многое она видела и понимала, просто осматривая.

— Вы целитель?

— Немного, — нехотя ответила женщина.

По её нахмуренным бровям видно было, что она не хочет говорить даже такому молчаливому типу, как я. Но, видимо, она заметила в моих глазах жгучее любопытство, поэтому всё же ответила: — Я не полноценный целитель, а полевой. Закрыть рану или провести диагностику смогу, а что-то более серьезное — уже нет.

— А почему?

— Это бестактный вопрос, юноша!

— Простите. Я не разбираюсь в этом.

— Как же ты жил, если не знаешь элементарных вещей?

— В смирительной рубашке.

От этих слов она дернулась.

Эх, не хотел задеть. Мне явно не хватало социализации.

— Простите, — повинился я.

— Это ты прости. Уровень целителя зависит от врожденных способностей и обучения. У меня слабый дар и не было средств на обучение.

— А где этому обучают?

— У тебя есть дар?

— Не знаю.

— Хм... Если проявится что-то, приходи, расскажу, как быть. А учат этому в специальных школах. Но сейчас с этим трудно. В стране... война только недавно затихла. Да и то не везде.