Демон пустоты

Я любил таких - прямых и дерзких, дев действия, а не дев мечтаний, так что склонил голову в приветствии. Отсалютовал, как салютуют уходящим на смерть гладиаторам. Это было правильно: раз уж решил, не мешкай.

- Ради чего ты хочешь пожертвовать юной жизнью? - я удивился, как устало звучал голос. - Надеюсь, у тебя есть стоящая причина, а не честолюбивые стенания или любовное блеяние, которое я слышу тут каждую неделю. Сил уже нет выслушивать одно и то же.

Она удивилась, я сломал высокопарный сценарий, но это полезно - вышвырнуть их из мира грез, напомнить, из чего состоит жизнь.

- Я хочу спасти князя Тьмы.

- Что?!

Раз лет в пять-десять кто-то все-таки меня удивляет.

Расступается череда беспринципных дельцов и жертвующих душой ради спасения своих бесполезных любовников, матерей, умирающих отцов или больных детей - и появляется что-то стоящее, что-то странное. Я пригляделся к девушке внимательнее. Проклятые идеалисты... То слетают с катушек, то находят в себе Иисуса, пытаясь спасать тех, кому это и даром не нужно.

- И зачем тебе это, дитя? Хочешь избавить мир от зла? Мечтаешь, чтобы страдания исчезли? - почти с сожалением поинтересовался я. - Чтобы закончились войны и дети больше не заболевали, да?

Ее реакция меня удивила - она рассмеялась. Смех у нее был полностью лишен опаски и жеманства. Деревенский, открытый, от души. Похоже, мое предположение показалось ей донельзя нелепым.

- Мир нельзя избавить от зла, это выдумка, - отсмеявшись, сказала она.

- Мы рождены с изъянами, с ними и умрем. Адам с Евой совершили грех, за который приходится платить. И наш мир не райский сад, так что нет, этого я не прошу. Нельзя просить невозможного.

- А спасти князя Тьмы, значит, можно? И от чего ты хочешь его спасти? И существует ли вообще этот твой князь Тьмы? Или это никнейм твоего дружка?

Такие вопросы уже не показались пришелице забавными.

Она смерила меня оценивающим взглядом - недовольного взрослого мужика, уставшего от подростковых штучек, и закутавшегося в видавшую виды, тертую временем и асфальтом кожаную куртку.

Щетина и свисающая с губы сигарета - последний штрих.

- Раз есть ты, человек, торгующий душами, значит есть и князь Тьмы, тут долго решать не надо.

- Ну хорошо, - покладисто кивнул я - Тогда тебе должно было прийти в голову, что именно он временно награждает тебя за продажу души. Не думаешь, если бы он мог сам себя спасти - от чего там, кстати? - то давно бы это сделал.