Демон пустоты

- Ну вот, видишь, - я торжествующе затянулся, получая странное удовольствие от мучительной боли внутри. - Ты уже споришь с Богом! Дескать, этот могучий старец совершил ошибку. А знаешь, что случается в этой бинарной системе с теми, кто сомневается?

Я сделал театральную паузу, позволив ей додумать картины наказания.

- Ну и не забывай вот что: за прошедшее время дьявол из наказанного ангелочка стал самым настоящим королем Тьмы. Церковь накачивала его устрашающими фресками и байками до предела, и теперь он просто не может исчезнуть из мифа, потому что тогда вся система вины, наказаний, молитв просто рухнет.

Ты пойми меня правильно - ты очень сильна, судя по тому, как меня крутит, но Дьявол тебе не по зубам. Он разрывает таких на части, даже не поперхнувшись.

Она подняла бровь, но было очевидно, что в таких терминах она о ситуации не размышляла.

- Но почему так? Почему наши самые чистые порывы оказываются бессмысленными? - мне нравилось, что Сира не теряет присутствия духа.

Каждому бы такой привычный к испытаниям пуританский характер.

- Это ты не у меня спрашивай, спроси у своего Бога! - рассердился я. - Как же вы достали! Чего вам не хватает в жизни? Проклятые идиоты...

Сира была чертовски хороша в своем деле. Она не лгала на счет того, что дальше будет сложнее. В мой скупой мир уже ворвалась красота, грязный переулок заполнился неслышной музыкой света. Кто бы мог подумать, что этот закоулок между пип-шоу и лавкой с сигаретами, залитый медицинским неоновым светом, может выглядеть так, будто его снимают для нуарной обложки.

Мерзкая дыра стала стремительно обретать какое-то обаяние за счет настроений, которых я с успехом избегал уже добрую сотню лет. Да что там - старый торчок Стэнли, сующий всем в нос свою изъязвленную руку, проковылял мимо и улыбался беззубой улыбкой - дескать, привет, чувак! - вместо того, чтобы пытаться спереть пару банкнот. Ужасное зрелище.

На лице Сиры появилась обеспокоенность, и это дико раздражало. Это было слишком личным, неуместным, никто не должен так смотреть на других.

Ее вид тоже претерпевал изменения в моих глаза - светлые, острые скулы прорисовывались четче, будто края бумажной фигурки, в губы возвращался цвет, светлые волосы обретали блеск и мягкость. Хотелось схватить ее за плечи и трясти, пока она не замолчит и не убежит.

Я забрался за пазуху и впихнул договор безгрешной девчонке в руки, потянулся за острой ручкой, лежащей во внутреннем кармане. Перо-стилет, очень удобно.