Демон пустоты

Посетителей было мало: за дальним столиком пила кофе молодая парочка, парень и девушка делили между собой кусок аппетитно выглядящего кекса с изюмом, а недалеко от входа, около алькова с книгами на обмен, сидела шикарная женщина лет 50.

Женщин в возрасте очень легко разделить между собой по тому, забрасывают ли они свою внешность. Большинство полностью отдаются семейным обязанностям, поэтому внешнее отходит на второй план, забывается. Моя мать на молодых фотографиях выглядела стройной веселушкой, но узнать ее на тех фото смогли бы только те, кто давно был с ней знаком.

Возраст размыл черты лица, подбородок перестал быть четким, потерявшись в мягких складках, годы отпечатались на лице однозначно и неумолимо, а при выборе одежды речь стала идти об аккуратности, а не о красоте. Время жестоко и к мужчинам, но все-таки к нам взгляд не так требователен.

Незнакомка была сухощавой и очень суровой. Блестящие черные волосы спадали на плечи вышколенной волной, алая помада без ложной стыдливости подчеркивала губы.

Ее лицо не пыталось скрыть возраст, но стиль женщины делал его особенностью, а не провалом. Она знала себе цену, и это ощущалось во всем: в том, как уверенно она сидела, в том, как держала книгу худыми длинными пальцами. Это чувствовалось в больших темных глазах и строгом костюме из хорошей ткани. Властность в ее облике наводила на мысли о руководящей работе, но для этого женщина казалась слишком красивой, словно постаревшая актриса или модель. Непривычная яркость выглядела экстравагантно, хотя не настолько, чтобы быть неуместной.

Неужели это и есть писательница? На секунду я замешкался, но потом подошел к столику и поздоровался.

- Вы Алиса Ветер?

Незнакомка подняла глаза от книги и ответила профессиональной, отстраняющей улыбкой.

- Все верно, - она отложила книгу, это был томик Лотреамона. - А вы Нестор Ли, поэт? Рада видеть настоящего поэта. Я читала "Туза теней", он очень интригует. Необычный выбор тем и несомненное мастерство.

Голос оказался низким, с благородным призвуком, словно у дикторов или певиц. Может, ей много приходилось разговаривать, но я даже не предполагал, что детские писатели могут так выглядеть и вести себя. Мы оба скрывались за псевдонимами, которые теперь казались неуместными и избыточными.

Неожиданно я смутился. Какая-то взрослая леди в возрасте моей учительницы старших классов читала "Туза теней" да еще нахваливает его... Я выпал из контекста и растерялся.