Избушка, избушка

Прямо как у Высоцкого: страшно — аж жуть! Судя по времени на телефоне — четыре утра. Сколько-то я все-таки поспала. Но теперь вряд ли усну. Что остается? Затапливаю печь. Сижу на постели по-турецки, медитирую на огонь. Читать мистику что-то не тянет.

Светает. Почти восемь. Тушу свечи. Сегодня суббота, соседи должны быть дома по-любому. Надо идти узнавать про картошку и бабульку. Было у меня время подумать. Откуда дрова и матрас? Ведь не было их, не бы-ло! И вешалки, и рукомойника! И свечей в кладовке не было! Умываюсь, чищу зубы.

Стою у чужих ворот, жму на кнопку, жду. Спят еще? Не деревня, конечно, но петух у них кукарекал, значит, живность держат, должны рано вставать. Ну, наверное. Нехорошо получится, если разбужу не вовремя. Шаги. Спрашивают — отвечаю: новая, мол, соседка, наследница. Открывает пожилая женщина, лицо вроде доброе. Одета как-то по-деревенски: самовязанные шерстяные носки, калоши, юбка длинная, фартук, накинутый ватник, платочек белый назад завязан, из-под него седые пряди.

— Проходи, проходи, дочка! Фу, Пиратка!

Огромная черная псина, не лает, не рычит, но вертится возле моих ног, не дает пройти. Я собак не боюсь, люблю даже. Но эта Пиратка слишком большая и слишком близко. Хозяйка отводит собаченцию за ошейник.

— Это твоя собачка. У Мироновны в будке жила. Мы приютили. А Черныш не приходил?

— Какой Черныш?

— А кот ейный, огромный, черный. Такой разбойник! Сколько цыплят у нас покрал! И в округе все котята черные родятся. Крыс Мироновне постоянно на крыльцо приносил – показать, какой охотник.

Вот кто ночью на меня лег! То-то я еще думала, что за дырка в углу, а это лаз в подпол! Трусиха я, трусиха. А кто бы не струсил?

— Проходи в избу, — приглашает соседка. Иду. Планировка дома, как у моего, только на другую сторону симметричная. Такой же пятистенок. И строились тогда, наверное, по-соседски: ты мне помогаешь, я тебе. Уютно, салфетки вышитые да вязаные везде, половики тканые и пахнет вкусно: дымком, выпечкой и геранью.

Оказывается, никого я не разбудила. Сын хозяйки работает сутками, как раз на дежурстве, а невестка на школьные каникулы отпуск взяла, с детьми к своей матери уехала. Сельхозработы закончены, урожай засушен, засолен, сварен и замаринован.

— Мой руки. Вот чай, варенье: малинка, смородинка, клубничка — угощайся с плюшками. Как зовут-то тебя, красавица?

— Катя.

— Как Мироновну, значит. А меня Митришной называй.