Эрминиды

Деметрий пытался объяснить, как можно более доходчиво, что да, сейчас он беден, как церковная мышь, но в замке полно драгоценностей и коллекционного оружия,  и если господин Хашшем убьёт дракона, то сможет в качестве гонорара выбрать себе, что пожелает… его же интересует земля. Ну, в основном земля.

– Я не охочусь на драконов, – немедленно заявил господин Хашшем. – Я вам даже больше скажу, молодой человек. Никто не охотится на драконов. По крайней мере, из тех, кто в своём уме.

Сердце у незадачливого аристократа упало.

Наёмник брезгливо поморщился. Его всегда поражало, до каких нелепых россказней раздувались передаваемые из уст в уста слухи.

В третий раз Деметрий откровенно ныл, взывая к милосердию. Бессердечный маг даже ухом не повёл.

А вот теперь… теперь точно всё потеряно. Потому что два низкорослых незнакомца, по уши завёрнутые в чёрные плащи, только что были со всем почтением сопровождены в подвал Клаусом.

– А, Ваше Величество! Добро пожаловать под сень моего скромного крова.

Господин Хашшем встал и учтиво поклонился вошедшим. Септор V, король гномов, скинул плащ и огляделся. 

– Скромного?! – воскликнул он. – Да будь я проклят!Сыро, холодно, темно – настоящая пещера! Вектим! – обратился он к своему спутнику. – Почему мне ты вечно суёшь эти дурацкие человеческие дома? Если в следующий раз у меня не будет подобных апартаментов, я тебя на поверхности сгною!

– Непременно, Ваше Величество, – склонил голову советник.

– Итак, – поспешил сгладить раздражение высокопоставленного гостя наёмник, – удовлетворены ли вы качеством выполнения заказа? 

– Ха! Более чем! – отозвался монарх. – Вектим!

Гном подошёл к высокому магу и привстал на носки, протягивая тому две бархатные коробочки.

– Его Величество был настолько доволен вашей работой, что мы позволили себе кроме обещанного гонорара предложить вам маленький бонус.

Человек открыл большую из двух коробок. Внутри лежало кольцо. Как он и заказывал. Никакой магии, а эффект...  эффект он проверит чуть позже. В гномах наёмник не сомневался. Для них это дело чести.

Во второй коробочке оказалось два отделения. Герметично запакованных. Из хрустальной глубины на нового владельца смотрели два синих глаза. Вернее, две синих радужки.