Ведьмы

Была она сегодня как-то особенно хороша – недавно остриженные крашеные черным волосы в стилизованном беспорядке «мальчик-беспризорник», подведенные «под Египет» глаза, делано неопрятная одежда «гот». Было в ней что-то «свое в доску», словно не впервые она подошла к практически незнакомому парню, а вот уже много лет, как они знакомы и вот так вот выходят перекурить. Она курит, а он стоит рядом, просто развлекая ее ничего не значащей беседой.

Снаружи было солнечно, стоял легкий гомон многочисленных студентов.

Ворона из сумочки вынула сигареты и зажигалку. Игриво-выжидательно покрутила в руках. Сергей помог прикурить, пальцы их на долю секунды словно бы случайно соприкоснулись.

- Меня Аня попросила с тобой поговорить, - Ворона затянулась горьким дымом. – Ты не пришел на последнюю встречу, она хотела узнать, почему.

Пепел пожал плечами:

- Агитируете примитивно. Вначале было интересно. На позапрошлой понял, что нового ничего не будет, надоело.

Ворона засмеялась, весело, словно и ничуть не обидевшись на его слова:

- Это да.

Аня любит слушать себя, другим и слово вставить сложно. А как договорит, так уже и спорить бессмысленно. Ну, на прошлой встрече тебе, мне кажется, было бы интересно, мы выезжали.

Пепел пожал плечами. Ворона курила, весело блестя глазами.

- Но я, на самом деле, не за этим подошла. У меня все из головы тот случай не идет, когда тебя машина сбила. Трех месяцев же еще не прошло, а ты на ногах уже и все как не бывало.

А у тебя, говорят, руки-ноги поломаны были, ребер несколько, пальцы, опять-таки.

- Загибают, - глаза Пепла нехорошо блеснули, но Ворона словно бы и не заметила.

- Загибают… Может и загибают, но пальцы-то я сама видела, там, на дороге. А сейчас у тебя все на месте, - Катерина хитро улыбнулась. – Прикурить же я тебя не просто так просила.

- Уж не думаешь ли ты, что я их заново отрастил? - Сергей попытался улыбнуться насмешливо, но получилось неважно.

Ворона засмеялась. Было в ней, действительно что-то от вороны – перья волос, торчащие как попало, манера смотреть на собеседника с хитрецой, чуть склонив набок голову, смех – хрипловатый, низкий. Не неприятный, а напротив, едва ли не извиняющийся перед собеседником – не хочу, мол, тебя обидеть, просто смешно, улыбнись и ты со мной.

Покурили еще пару секунд. Катерина вдруг словно спохватилась:

- А знаешь, я ведь где-то так и думаю.