Ведьмы

Точно затаившееся внизу зло не желало быть увиденным до поры, до времени, выжидало. Еще две безуспешные попытки и парень решил не тратить больше спичек, пошел обратно, к комнатам. Оступился, едва не слетев кубарем.

Нужно найти что-то, чтобы справится с головокружением.

Робкий огонек единственной свечи не смог полностью совладать с царившей в комнате темнотой, но и испускаемого им света было достаточно, чтобы Вадим разглядел смутные очертания не по-человечески, ненормально сидевшего на ножке табурет тела.

Карусель.

Вадим обомлел, не зная как себя вести, не понимая что делать. Заметила ли она его? Черт, конечно же да – он же со свечей вошел, да и шумел до этого изрядно. В обычной ситуации причин беспокоится не было – Вадим был отлично развит физически, но сейчас… сейчас с ним справился бы даже ребенок. В пересохшем горле слова связываться воедино не хотели и первые звуки больше напоминали хрип, нежели нечто внятное. Со второй попытки удалось:

- Аптечка есть?

Карусель не ответила, не повернулась – сейчас уже парень разглядел, что сидит она к нему спиной – но медленно, будто неживая из ужастиков, подняла руку, указывая.

Каждое движение ее сопровождалось сухими щелчками суставов.

Палец указывал на одну из ниш, до которых Вадим еще не добрался в поисках свечей. Аптечка. Обыкновенная автомобильная аптечка, баклага с чем-то прозрачным, чипсы. Вадим осторожно укрепил свечу на табурете, накапав парафина и стараясь не сводить глаз с Карусели. Казалось, плечи той слегка подрагивают, словно она замерзла.

Может быть это огонек свечи выкидывал такие фокусы, но подумав, Вадим понял, что и сам он продрог до костей, долгое время пролежав на остывшем бетоне. Поднял с пола и укутался в одно из валявшихся там одеял и только после этого приступил к осмотру.

Прозрачная жидкость в баклаге к счастью оказалась не спиртом, как он подумал вначале, а водой, аптечка была наполовину опустошена, но и в ней нашлись анальгин с церукалом. Вода справилась с жаждой. Лекарство – с болью и головокружением. Стало легче, страх перед Каруселью отступил.

- Карусель, - начал было он, но запнулся. Стоит ли к ней сейчас обращаться, он не знал. Она указала ему на аптечку, воду, словно заранее подготовила их там, собрала в одном месте, но что-то останавливало парня. Почти с иронией подумал он, что напрягает его вовсе не ее поза, которую любой человек в здравом рассудке счел бы просто невозможной, а что-то еще. Что-то… Звук. Звук откуда-то из глубины дома. Не то всхлипывание, не то чавканье.