Осенние страницы

Нет, металлические листы так накладывались друг на друга, порой очень беспорядочно, что создавалось впечатление: эту дверь взрывали (или пробивали?!) – и не один раз, после чего приходилось её торопливо залатывать всем, что только оказывалось под рукой. Причём, возникало вполне обоснованное подозрение, что латал дверь эту именно неугомонный Назарий – и никто другой.

Последний тем временем снял с трёхногой вешалки кожаную куртку и протянул её Тане с безапелляционным приказом:

- Надеть!

«Я не его ученица!» - мелькнуло в голове, и Таня строптиво откликнулась:

- Зачем?

- Чтоб не сожрали!

«Мамочки!! Лучше б не спрашивала!» Таня послушно нырнула в поношенную вещичку, после ответа Назария нисколько не брезгуя чужой вещью.

А тот, в свою очередь, напялил на себя довольно свободный плащ – с той же вешалки. Из кармана плаща вынул связку грохочущих ключей и открыл сначала один замок, потом – другой. Но дверь, убрав ключи в карман, не открыл, а некоторое время словно прислушивался к тому, что за ней происходит. Потом кивнул – то ли двери, то ли себе, отвечая на какие-то мысли. И осенил дверь странным знаком, а потом и целой знаковой композицией. Заинтригованная и в меру испуганная, Таня всё-таки узнала один из знаков – он был нарисован в конце рукописи, и она ещё тогда подумала, что этот рисунок ей что-то напоминает. Но что? И почему напоминает?

- Иди шаг в шаг со мной, - велел Назарий. – Скажу – стоять! Стой! Ясно?

- Ясно, - пытаясь удержать дрожь, ответила девушка.

И услышала за спиной чей-то встревоженный голос: «Не рано ли он её туда?» Ноги чуть не подломились от этого сочувственного и явно риторического вопроса.

Но дверь уже заскрипела – всеми хрипами и скрежетом прямо по сердцу! Трясясь от страха, Таня чуть не шаг в шаг за Назарием переступила порог и чуть не ткнулась носом в его кожаный плащ. И резко обернулась, когда дверь злорадно грохнула, закрывшись. С громадным трудом опустила руку, которой хотела вцепиться в плащ Назария, чтобы… он сбежал, оставив её одну в этом жутком месте!!

- Ну вот, - мирно сказал это жуткий человек, - теперь можно поговорить по душам.

И сбросил плащ прямо на пол. Таня осторожно выглянула из-за своего чудного учителя. Абсолютно пустое помещение, по размерам соответствующее тому, что осталось за спиной. Пустое в том смысле, что здесь не было вообще ничего, не считая какого-то большого прямоугольника на левой стене.