Жнец. Возрождение

– Книга, – ответил Денис, даже не удивляясь подобной осведомленности бабули. – В общем, с нее-то все и началось. Как первый раз провалился в книгу, так и пошли какие-то чудеса со мной происходить. То в школу из дому выгнали, то возвращаться домой запретили. В школе не пойми что происходит. Домовые шастают, школьникам тайны мироздания открывают. Говорят, что русалки и лешии в природе есть. А потом и того хуже, говорят, что ты – настоящая!

– Ох, страх-то какой, – Баба Яга картинно вскинула руки. – И что же, все прям верят в эти сказки?

– Ну, не все.

Да и рассказывают не всем, наверное… В общем, я случайно узнал про ваше существование. Не верил и верить не хотел, хотя сейчас понимаю, что намеков множество было. То расслоения реальности в классе, то сны непонятные, то видения после несчастных случаев. А, может, и сами несчастные случаи. Я их еще, кстати, не анализировал и не связывал. Но вот после того, как увидел домового, а потом целое их поселение, совсем голову потерял. Сначала решил было, что это галлюцинации у меня на фоне учебы, там, перенапряжения, все такое. Но потом стало ясно, что не только я один знаю про домовых.

Баба Яга пробормотала что-то похожее на "творят, что хотят", но спросила у Дениса совсем другое.

– Это как же ты понял, что не ты один про домовых-то знаешь?

– Ну… – смутился Денис. – Подслушал случайно разговор старосты нашего. Ну и сложил один и один, все сошлось.

– Сошлось, – снова усмехнулась старуха, почесав кота за ухом. – Ну так что же ты от меня хочешь, мил человек? Рассказать про быт домовых и прочей нежити? Али про верования предков растолковать?

Денис задумался.

Все это он, безусловно, хотел узнать, но был один вопрос, который покоя не давал уже долгое время. Он звучал во всех снах, он являлся в видениях, он же встречался в жизни.

– Нет, бабушка. Расскажи-ка лучше обо мне. Кто же я? Открой судьбу мою!

Снова слова подбирались легко и естественно, как будто Денис всю жизнь общался-изъяснялся подобным образом.

Улыбка сошла с губ старухи, отчего та сделалась еще старее и суровее.

– А вот этого, мил человек, никто сказать тебе не сможет, коли сам не разберешься. Идем.

Старуха поднялась и, опираясь на клюку, пошла к спальне с прялкой. Только сейчас он заметил легкую хромоту, как и то, что страх и ужас народных сказок была на голову ниже его. Это наблюдение придало парню уверенности в своих силах.

"Вроде и не страшная же. И чего её так демонизируют?" – сам себе задал вопрос Денис, заходя в спальню.