Самозванец

Обычный труп, в сущности, пахнет почти так же, но тут есть некоторая тонкость – трупы не движутся.

Это то самое, что нужно. Объект поисков.

Роман ускорил шаги и вскоре оказался в пункте назначения. Рядом с помойкой.

В помойке, залезая в бачок по локоть, рылся какой-то субъект довольно неприятного вида, если не сказать сильнее.

– Эй, почтеннейший, – окликнул Роман самым любезным тоном.

Почтеннейший обернулся. Его глаза горели голодным красным огнем на чудовищной физиономии, покрытой струпьями и коростой, бурой, потрескавшейся, сочащейся из трещин чем-то черно-зеленым.

Всклокоченные волосы дополняли впечатление. Костюм его состоял из драного ватника, резиновых сапог и штанов из материала, напоминающего брезент.

Вся эта кошмарная фигура выражала крайнюю степень удивления.

– На пару слов, – светски пригласил Роман.

Удивление сменилось ступором.

– Как, простите, ваше имя-отчество?

– Вася, – хрипло пробормотал кошмар.

– Василий, вас не затруднит прогуляться? Тут, видите ли, в паре кварталов отсюда, свежий труп в подвале…

Упырь торопливо бросил назад в бачок что-то, грохнувшее и посыпавшееся, обтер руки о штаны и выразил всем видом минутную готовность.

Теперь его жуткая рожа выражала нечто вроде признательности и восхищения. Роман улыбнулся.

– Как я понимаю, есть проблемы? – спросил он сочувственно.

– Еще какие, – готовно откликнулся упырь, подходя. – Третью ночь не жравши.

Роман сделал приглашающий жест и направился со двора. Упырь торопливо зашагал рядом. Роман здраво рассудил, что дорогу надлежит выбирать потемнее, и держался в тени домов, как можно дальше от фонарей.

Эта тактика была молчаливо одобрена.

– Вы крыс ловили? – спросил Роман по дороге.

– Иногда и кошки попадаются, – доверчиво поделился упырь. – Иногда и чего поинтереснее найдешь. Я вот зимой младенца мертвого нашел…

– Не охотитесь?

– Куда там… Рожа-то, видите? Болею. Сил нет никаких. Солнце, ептыть…

– Как же это случилось? – Роман прямо-таки излучал сочувствие. Опыта ему было не занимать.

– Да как… наутро после Перехода.

Я еще и не сообразил, чего это со мной сделалось… Занавеску отдернул – и мордой в окно. А день, как назло, солнечный попался… Так я неделю встать не мог. Думал – совсем помру. Не, остался, только не оклемаюсь никак.

– Свежей крови надо бы…

– Надо, а где возьмешь? Охотиться не могу, жить негде, работы нет, ептыть…

– Работы?!

– Хотел устроиться к Эдику в заведение. Деньги, жратва за счет фирмы – у него, говорят, по моргам лапа и еще кое-где… Не взял.