Законодержец. Преступление без смысла

— Хочешь победить в споре честно? А если жажда замучает?

Глеб переставил коня:

— Потерплю.

— Терпение — прекрасное качество, — миллиардер тоже сделал ход. — Одно из тех, что отличают нас от неволшебки.

— По-вашему, — Глеб походил в ответ, — живущие там хуже магов?

— Они не терпят друг друга, — Коротов глянул исподлобья. — В школе вам не говорят, как там живут?

Глеб смешался: откуда ему знать, что говорят в здешних школах?! Но Коротов счёл молчание подтверждением:

— А надо бы, чтобы говорили, — он опять походил.

— Где нет магии, правят сила и невежество. Четверть живущих в неволшебке — нищие. Больше миллиарда людей не имеют доступа к питьевой воде. Детей, умирающих каждый день лишь потому, что родились они в грязи и нищете — больше трёх тысяч, — Коротов говорил буднично, без пафоса. — А ещё в мире миллионы неграмотных... Но всем плевать, — он грустно улыбнулся. — Об этом не задумываются — разве что иногда... Если нечем заняться.

Глеб походил слоном:

— Может, людям некогда об этом думать — они просто пытаются выжить.

— Вот именно! Но тем, кто мог бы всё исправить, до их попыток нет дела.Наверное, странно слышать это от меня, но всё же скажу: если бы каждый миллионер решил сделать мир лучше, он стал бы лучше — но сильных всё устраивает. Пусть тысячи невежд режут друг друга из-за разной веры, тёмной или светлой кожи... Сильным хорошо, и всё останется, как есть, — Коротов на секунду умолк. — Этот разговор тебя не утомляет?

— Совсем не утомляет, — честно ответил Глеб. — Но слышать это от вас и правда странно.

Коротов тоже использовал слона:

— Я думаю прежде всего о магах.

— О магах?..

— Наш образ жизни дурно на нас сказался. Да, нам хорошо — аномалок даже мировые войны не коснулись: мы наблюдали их со стороны. Какое нам дело до того, что в мире творится? Взрывы гремят — ну и ладно; с нашего-то потолка штукатурка не сыпется... Некоторые называют аномалки тюрьмой, — Коротов усмехнулся. — Что ж, если это и тюрьма, то больно комфортными получились камеры.

Глеб так увлёкся беседой, что за партией едва следил:

— Но раз тут хорошо, то в чём проблема?

— В том, что нам некуда развиваться.

И речь не о географических рамках — хотя и о них тоже; у нас нет потребности в развитии, потому что нам слишком хорошо. Неволшебка без нас — сборище алчных глупцов, а мы без неё — лентяи, развращённые благополучием... Но вдруг магия дана нам затем, чтобы сделать глупцов мудрыми? Потому что сами они такими не станут — скорее превратят мир в ядерную пустыню.